традала во время войны и ничего не знала о ее последствиях. Он не был отравлен, как я, и с ним я наконец снова почувствовала себя чистой. Мы часто ходили с ним на реку слушать пение птиц... В то время Служба Безопасности наложило вето на план разработки урановых месторождений в Сьерра Дурадс, так как у нее не было достаточного количества инспекторов, чтобы осуществить контроль. Шеф Службы Безопасности боялся, что некоторое количество урана может утаиваться для создания атомных бомб... Она замолчала. Коскинен видел ее состояние и хотел перевести разговор в более спокойное русло. - Контроль должны осуществлять высококвалифицированные люди. А ведь контролем должна быть охвачена не одна страна, а весь мир! Почему, как ты думаешь, китайцы держат целую сеть агентов, опутывающую всю землю? Правительство Китая официально не признает их своей собственностью, но каждый знает, что правительство содержит эту сеть. И мы не можем ничего сделать, так как у нас нет людей, чтобы контролировать само производство. - Да, да, - сказала она. - Но по крайней мере китайцы не скрывают своего отношения к нам. А многие ненавидят нас, хотя и скрывают эту ненависть под сладкими улыбками. В некоторых странах мы можем позволить себе не предпринимать ничего, так как мы знаем, что они ничего не предпримут против нас... но мы не думает о том, что жители этих стран живут на грани нищеты... О, да, мы постоянно говорим о невмешательстве во внутренние дела других стран... но я была на дипломатической службе... я знаю... - Прости, я не хотел перебивать тебя, - вздохнул он. - Благодарю за извинение, Пит. Ты напомнил мне Джанио... Эти шахты могли бы дать работу и средства к жизни тысячам голодных людей. Некоторые отчаянные головы решили свергнуть нынешнее бразильское правительство и создать новое, которое не было бы марионетками янки... Но заговор провалился. Они были дилетантами. Служба Безопасности США и Бразилии хватала всех подряд. Они схватили и Джанио, хотя он не участвовал в заговоре. Я это знаю точно. Но он был гордый человек, ему не нравилось все это дело с Рудниками, он хотел, чтобы Бразилия была независима, и многие его друзья участвовали в заговоре. Их повезли в Вашингтон для суда. Я тоже поехала с ними. Меня, конечно, не арестовали, я ехала сама. На них воздействовали наркотиками. Я была уверена, что это докажет невиновность Джанио, но кто-то, кого я никогда раньше не видела, заявил под присягой, что Джанио участвовал во встречах заговорщиков. Я на суде назвала его лжецом. Я точно знала, что Джанио был все это время со мной. И все же его признали виновным. И убили его. Меня обвинили в соучастии. Но мне дали испытательный срок. Все-таки стране нужны были ученые. Примерно через год на одной вечеринке в Манхеттене я встретила одного из членов суда. Он был пьян и рассказал мне, почему убили Джанио. Психические исследования показали, что он тип, весьма склонный к мятежу. Поэтому когда-нибудь он предпримет какие-либо действия против правительства и от него лучше избавиться сейчас. "Пока он не сделал бомбу или не нашел какую-нибудь из старых ракет, которые еще сохранились в стране и о которых нет никаких сведений в официальных кругах. Он может убить миллион американцев", - сказал мне этот член суда. Мой Джанио! И на следующий же день я ушла сюда. Мне хотелось исчезнуть, умереть... Но я вместо этого пошла к Зиггеру. Ну что же, по крайней мере я могу мстить им. Она замолчала. Она долго сидела неподвижно, затем взяла сигарету и закурила ее, но сделав несколько затяжек забыла о ней. - Прости меня, - прошептал Коскинен. - Благодарю, - глухо ответила она. - Но теперь я должна извиняться. Мне бы не следовало выплескивать на тебя все свои горести. - Я думаю, что когда люди имеют власть, они всегда действуют жестоко, если видят угрозу ей. - Да, без сомнения. Особенно, если эта власть не имеет ограничений. - А действия Службы Безопасности ограничить нельзя. Хотя защитный экран может сделать ее ненужной. Если сделать большой экран, то он будет надежной защитой от атомных бомб. Она шевельнулась, как будто вышла из состояния прострации. - Вряд ли это практически осуществимо, - сказала она. Голос ее был неуверенным, она прикусила себе губы, но нашла в себе силы говорить. - Особенно, если бомбу тайно собрать и взорвать внутри области, защищенной экраном. К тому же есть и другие виды оружия - химическое, бактериологическое... Не пытайся меня обмануть, Пит. Я ненавижу Маркуса и его Службу Безопасности, но я отдаю себе отчет, что другие страны вряд ли смогли бы поддерживать мир лучше, вернее, по другому. Так или иначе, не это нужно делать, так как любое правительство это - монстр без морали и разума. Оно способно истребить половину человечества, лишь бы обеспечить хорошую жизнь себе и своей стране. - Интернациональная организация... - Слишком поздно, - вздохнула она. - Кому сейчас можно доверить? К тому же мы создали общество, какое сами хотели создать. Такие как и Бразилия, и Китай. Мы совсем не хотим быть мировыми жандармами, но нам ничего не остается. И я не вижу, как могут быть созданы эффективные мировые полицейские силы без всемирного объединения. Он посмотрел на свой прибор и вскочил, как Эльнор благословил его в день отправления корабля. Марсиане страдали тогда от задержки замораживания и Коскинен постарался сократить прощание... - А мой прибор, - запротестовал он. - Ведь это путь к спасению. Многие из тех, что умерли в атомную войну, погибли не от непосредственного воздействия взрыва, а от его последствий. Защитный экран спасет людей от радиоактивных осадков, ядовитых газов... - Да, - сказала Вивьена. - Именно поэтому Зиггер хочет заполучить этот экран. Тогда его не остановит ничто. Он за десять лет будет властителем всего преступного мира и большей частью остального мира. - И мы должны работать на него? - спросил Пит. - Да. И усовершенствовать прибор со временем. Если этого не сможем мы, то он наймет других инженеров. Кажется, работа это не очень сложная. - Нет... я не могу. Я передам все это полиции! - Это значит Службе Безопасности, - медленно сказала она. - Да... конечно. - И директору Маркусу. Хью Маркусу. Представляешь, что он тогда сделает? Ты вспомни Джанио. Коскинен стоял, не двигаясь. Она безжалостно продолжала и Коскинен понимал, что она говорит это не потому, что знает о мониторе, о том, что за ними наблюдают. - Если не Маркусу, то кому-нибудь еще. Ты просто не хочешь подумать о последствиях! Неуязвимость! Дай ее любому от Маркуса до Зиггера или диктатора Китая... Дай любому, кто имеет власть на людьми, неуязвимость, и эта власть станет свободной от всех сдерживающих факторов, она станет неограниченной. И тогда... Я бы предпочла отдать неуязвимость Зиггеру, - закончила она. Губы ее плотно были сжаты. Она взяла еще сигарету и махнула рукой. - Все, что он хочет, это возможность грабить. Ему не нужны души всех людей. 8 Коскинен проснулся. Что это было? Может быть, ничего. Сон, из которого он бежал прежде, чем стал слишком зловещим, пугающим. Перед сном он выпил снотворное, но его действие, наверное, кончилось. Часы показывали 4. 15. Он лежал в полной темноте и тишине. Если не считать легкого шума вентиляторов. Эти толстенные стены были эффективными звукоизоляторами. И если они пропускали звук, значит он действительно был громким. Он повернулся на бок и попытался уснуть снова, но сон уже не шел к нему. Все, что сказала ему Вивьена, ее тон, ее состояние, подействовали на него больше, чем он думал. Я многого не знал. Мое детство прошло в стенах закрытой школы. Я никогда не встречался лицом к лицу с реальностью. Конечно, наши учителя не обманывали нас. Они предупреждали нас, что жизнь трудна, что на свете существует и бедность и невежество, алчность, тирания и ненависть... Но теперь я понимаю, что они сами лишь по детски разбирались в хитросплетениях жизни. Свои политические взгляды они получили готовыми из официальных источников. Они были так загружены работой, что не могли отвлекаться ни на что другое. Мне следовало выйти в мир вместе с остальными школьными товарищами, и тогда я мог бы многое узнать о реальной жизни. Но я предпочел сразу улететь на Марс. А теперь я вернулся и суровая правда встала передо мной. Не постепенно, чтобы я мог привыкнуть, приспособиться, но внезапно и неизбежно. В огромной дозе. Мне бы хотелось не знать всего этого. Но где же правда? - тревожно подумал он. - Кто прав? Где выход, если он есть? Весь день он находился в подавленном состоянии, работая с Вивьеной над прибором. Но работа еще далеко не была завершена. Требовалось еще много времени. У него, казалось, не было иного выбора, кроме как подчиниться Зиггеру. Он лежал в постели и сжимал кулаки, думая: "Мне слишком часто приходится подчиняться обстоятельствам. Не пора ли действовать самому?" Но цепь и взрывчатый диск на его шее держали его, как якорь. Может ему со временем удастся сделать что-нибудь такое, что послужит экраном для сигнала подрыва диска. Может быть. Но не скоро. А пока ему придется подчиняться, ждать своего шанса... Раздался глухой грохот. Пол отозвался резонирующими колебаниями. Он соскочил с постели. Сердце его едва не выпрыгивало из груди. Может это сирена? Нащупав выключатель, он включил свет и бросился к двери. Разумеется закрыта. Он приложил ухо к двери: крики, топот ног... да, это сирена, воющая где-то в подземелье. Коскинен включил телефон. Никто не отозвался. Выключены несущественные аппараты, или повреждена центральная сеть? Снова грохот потряс каменные стены. Нападение? Но кто? Зиггер! Коскинен покрылся холодным потом. Если Зиггер в отчаянии нажмет кнопку... Невольно он стал срывать с себя цепь. Он бегал по пустой комнате, тщетно пытаясь найти чем перерезать стальную цепь. Ничего. Он оделся, почистил зубы и стал в ожидании расхаживать по комнате. Шум увеличивался. Еще взрыв и еще. Но он не слышал голосов людей. Вероятно, битва велась где-то в другом месте. Ему ничего не оставалось, как ждать. Он пытался вспомнить родителей, Эльнора, но он был слишком возбужден, чтобы отключиться от реальности. Идиот, ругал он себя. Если сюда упадет бомба, ты и не узнаешь об этом. Это немного успокоило его. Еще один взрыв. Огонь мигнул и погас. Вентилятор перестал вращаться. У него во рту пересохло и он стал искать глоток воды. Дверь открылась. Он повернулся и отшатнулся. В комнату вошла Вивьена и закрыла за собой дверь. На ней был плащ, в руке пистолет, а на спине какой-то узел, прикрытый плащом. Глаза ее горели, ноздри раздувались на губах играла жесткая улыбка. - Вот! - выдохнула она. - Сними это, - она скинула ношу с плеч. Ткань соскользнула с узла и он увидел свой прибор. - Он слишком тяжел для меня. - Что... что? - Коскинен шагнул к ней. - Возьми это, идиот! Нам очень повезет, если нам удастся сбежать с ним! - Что случилось? - Нападение. Большими силами и с прекрасным вооружением. Судя по сообщениям наблюдателей, это китайцы. Они нанесли удар ракетами с воздуха, что дало им возможность высадить десант. Сейчас они пробиваются через наши последние рубежи обороны. Мы вооружены так, чтобы отразить нападение другой банды или полицейских отрядов, но не таких сильно вооруженных сил. - Она снова прикрыла прибор тканью. - Тебе нужно изменить внешность. - Что? Она схватила его за руку. - Каждый знает, как ты выглядишь. Но если сбрить бороду, то у тебя есть шанс проскользнуть незамеченным. Быстро! - она протянула ему флакон с аэрозолем. Через несколько секунд он уже нащупывал свой гладкий подбородок с неожиданным любопытством. Он уже отвык от него. Судя по тому, с какой скоростью у него росла борода, подбородок его будет таким по меньшей мере неделю. Вивьена продолжала говорить. - Я могу предположить, как произошло все. Китайцы приблизительно знали, где ты приземлился, и послали в этот район всех своих агентов. Возможно, они узнали Бенеса, в окрестностях все знают людей из Кратера. Они схватили его, - Вивьена вздохнула, вероятно, предположив, каким жутким мучениям подвергся бедняга Бенес. - Они заставили его рассказать все - и о тебе, и о плане укреплений. Несомненно, они потом его убили. После этого они собрали сюда все оружие, которое тайно накапливалось годами. Хотя игра стоила свеч. Китайцы, заимев экран, смогли бы спокойно создавать свой ядерный арсенал и шантажировать нас. Коскинен пожал плечами. - Я не могу исключить возможности, что китайцы добьются успеха, - сказала Вивьена. - Но я не хочу второй войны. Поэтому я пришла в лабораторию и все наши записи сейчас превратились в пепел. - Подожди, - вспомнил Коскинен. Он показал на свое горло. Она рассмеялась своим коротким лающим беззаботным смехом. - Я об этом подумала. Между моими покоями и покоями Зиггера есть проход. Он думает, что ключ только у него, но я уже давно сделала дубликат. И я знаю, где у него хранится взрывное устройство. Когда он ушел руководить обороной, я выкрала его, - она достала из кармана маленькую плоскую коробочку с кнопкой. - Вот детонатор. Коскинен протянул руку, но она отстранила его. - Нет, нельзя. Идем. У нас мало времени, - она открыла дверь и выскользнула в холл. - О'кей, все чисто. Они прошли через холл. Возле двери лежал часовой застреленный в голову. Он посмотрел на Вивьену. Она кивнула. - Да. Иначе было не войти. Они втащили тело в холл и закрыли дверь ключом Вивьены. - Сжигаешь мосты? - спросил он. В здании слышались разрывы, выстрелы пулеметный лай. - Нет, - ответила она. - Они сожжены много лет назад. С того дня, как они убили Джанио. Идем сюда. Они пересекли подвижную дорожку, которая сейчас не двигалась. Почувствовался свежий воздух. Звуки боя стали слабее. Сердце Коскинена замерло, когда он увидел отряд охранников, направляющийся к ним. Правда они не торопились особенно. Вивьена свернула в боковой коридор, вдоль которого находились двери. - В основном это кладовые, - сказала она. - Держи руку на тумблере и приготовься включить экран, когда я скажу. Следующая дверь вывела их на лестницу, ведущую наверх. Он устал. Дыхание гулко раздавалось между пустых стен. Лямки сильно давили на плечи. Коскинен ощущал острый запах своего пота. Коридор был тускло освещен редкими лампами. Повернув, они совершенно неожиданно оказались перед бронированной дверью перегораживающей коридор. Возле двери находился пулемет и двое охранников в шлемах и масках, что делало их похожими на инопланетян. - Стой! - скомандовал один из них. Дуло пулемета направилось на Коскинена. - Экран! - прошипела Вивьена. Он включил тумблер и тут же оказался в тишине. Вивьена, укрывшись за ним, открыла беглый огонь из автоматического пистолета. Первый охранник упал, а второй продолжал всаживать пулю за пулей в экран. Пули падали у ног Коскинена. Наконец, Вивьена застрелила охранника. Она подбежала к двери, посмотрела на трупы и махнула ему рукой. Тот выключил экран и подошел к ней. Невыносимо яркая кровь текла по каменному полу. Ему стало плохо. - Это нужно было? - спросил он Вивьену. - Они бы не пропустили нас без пропуска. Не жалей этих громил. Они достаточно поубивали в своей жизни, - она включила двигатель. - Нам нужно торопиться. Возможно они успели поднять тревогу. Дверь медленно повернулась. За ней зияла темнота. Вивьена взяла фонарик у одного из охранников и они пошли по туннелю. Выход из туннеля был замаскирован огромным камнем. Коскинен выглянул из-за камня. Три огромных самолета кружили в багровом небе. Чуть дальше, над главным входом кружилось еще несколько самолетов. Отсюда они казались всего лишь серебристыми искрами на фоне черного неба. Коскинена оглушили звуки боя - взрывы, пулеметные очереди, разрывы гранат, пистолетные выстрелы... настоящий бой, где используются все виды оружия. - Китайцы сделали все, чтобы создать впечатление у полиции, что здесь сражаются две банды грабителей, - сказала Вивьена. - Если полицейские попытаются вмешаться, они будут просто перебиты. У них нет достаточного количества оружия, чтобы на равных сражаться с китайцами. Следовательно, сюда будут вызваны части Службы Безопасности и Армии... но это будет позже. Китайцы надеются, что они достигнут своей цели - захватят прибор и тебя, до того, как это случится. - Куда мы бежим? - спросил он, оглушенный тем, что случилось. - Идем, - она повела его по еле заметной тропинке. Он шел за ней, спотыкаясь, падая. Его руки были исцарапаны, он сильно ушиб колено, но он был слишком испуган возможностью попасть в плен к китайцам, и поэтому не обращал ни на что внимания. Вскоре они перевалили через жерло кратера и пошли вниз среди развалин старых домов в лабиринт, где жили люди низшего класса. 9 Они остановились на узкой улице, между глухих кирпичных стен. Мрак окружал их. Серые прямоугольники света виднелись впереди и сзади - там начинались главные улицы, пустынные в этот час. Только ветер гнал по ним пыль да обрывки бумаги. Над головой виднелась сеть проводов. Они были далеко от Кратера и шума битвы, если она еще продолжалась, не было слышно. Ночь висела над городом, громыхающая, ревущая - автоматические завода, автоматические пути сообщения - все это создавало равномерный гул, мешающий услышать отдаленные звуки. Воздух был холодным, а в нем стоял запах сернистых соединений. Коскинен присел рядом с Вивьеной. Усталость навалилась на него. Долгое время он в темноте смотрел на нее и, наконец, сказал: - Что дальше? - Не знаю, - глухо ответила она. - В полицию... - Нет, нет! - резкость, с которой она отклонила предложение, как будто пробудила их обоих. - Дай мне подумать, - сказала она. Она достала сигарету и вскоре в темноте вспыхнуло красное пятнышко. - К кому еще мы можем обратиться? - возразил он. - Снова к какому-нибудь боссу из банды? Нет, спасибо. - Разумеется, нет, - сказала она. - Особенно теперь. Слухи о том, что произошло в Кратере, уже докатились до Службы Безопасности и она поняла, в чем причина. Так что ни один босс не рискнет скрывать нас, и сразу выдаст, если обнаружит. - Тогда пойдем в полицию сами. - Сколько раз ты должен получить копытом по зубам, прежде чем научишься не подходить к лошади сзади? - О чем ты? Да, конечно, я признаю, что они убивают, но... - Ты хочешь провести остаток жизни в тюрьме? - ??? - О, они могут просто стереть всю твою память, а при этом существует возможность, что ты исчезнешь, как личность. Мнемотехника еще не очень точная наука. Всякое может случится. Лично я предпочту просидеть всю жизнь в тюрьме, чем позволить им лезть своими зондами в мой мозг, заключенный всегда может найти способ покончить с собой. - Но почему? Я же не тип, склонный к мятежу? - Дело не в этом. Сейчас ты единственный за Земле, кто знает, как работает генератор. Маркус, способный хладнокровно убить человека, из-за того, что тот может когда-нибудь причинить ему неприятности... неужели ты думаешь, что такой человек, как Маркус, допустит возможность того, чтобы тайна экрана вышла из-под его контроля? Я не хочу сказать, что Маркус планирует стать военным диктатором США, но шаг за шагом он идет к этому. Разве можно воспрепятствовать ему в этом, если он обладает властью, силой и неуязвимостью. - Ты преувеличиваешь. - Заткнись. Дай мне подумать. Поднялся ветер. Где-то прогремел поезд. Красноватый огонек сигареты погас. - Я знаю одно местечко, где мы можем скрыться, - сказала она. - У Зиггера есть убежище, которое он нанял под чужим именем. Там есть запасы продовольствия, оружие. Кроме того, оно снабжено специальной телефонной системой, которую нельзя обнаружить и засечь. Мы можем там пожить некоторое время и попытаться связаться с друзьями, например, в Бразилии. А потом можно будет выбраться из страны. - А дальше что? - с вызовом спросил он. - Не знаю. Может выбросить прибор в море и спрятаться в лесах на всю оставшуюся жизнь. А может мы придумаем что-нибудь получше. Не дергай меня, Пит. Пока я ничего не вижу лучше. - Нет, - сказал Коскинен. - Что? - переспросила она. - Прости. Может я чересчур доверчив, а может ты слишком недоверчива. Но когда я отправлялся на Марс, я подписал клятву, что буду всегда поддерживать Конституцию, - он встал. - Я сам пойду в Безопасность. - Ты никуда не пойдешь, - поднялась она. Коскинен положил палец на тумблер. - Не доставай пистолет, - сказал он - я закроюсь экраном раньше, чем ты нажмешь курок. Она отступила на шаг и достала из кармана плоскую коробочку. - А что? - спросила она. Он ахнул и рванулся к ней. - Стоять! - крикнула она. Коскинен услышал щелчок предохранителя и замер на месте. - Я убью тебя, если ты захочешь передать прибор властям. - Ты действительно убьешь? - Коскинен не двинулся с места. - Да... это действительно очень важно, Пит. Ты говорил о клятве. Неужели ты не видишь, что Маркус последовательно уничтожает те жалкие остатки, что еще у нас называется Конституцией, - на всхлипнула. Коскинен слышал это. Но он знал, что ее пальцы сжимаю детонатор. - Ты ошибаешься, - заговорил он. - Почему ты думаешь, что Маркус действует именно так. Ведь если бы он даже и захотел, ему бы не позволили. Ведь в правительстве он не один. Конгресс, Верховный Суд, Президент, наконец. Я не могу поставить себя вне закона только потому, что у тебя есть предубеждение против правительства, Ви. Снова между ними легла тишина. Он ждал, размышляя о многом. Наконец, она тихо вздохнула и сказала: - Может быть. Я не имею прямых доказательств. Но твой экран... и твоя жизнь... их нужно спрятать. Я хочу, чтобы ты убедился в этом до того, как попадешь к ним в пасть. Иначе будет поздно. А ты не так плох, чтобы желать попасть к ним в лапы. "Дэйв" - вспомнил он. Он долго стоял, опустив плечи и думая о Дэвиде Абрамсе. "Я был слишком пассивен, - подумал он. - А тут ясно, что необходимо действовать". И принятое решение вернуло ему физические силы. Он заговорил более уверенно: - О'кей, Ви. Я сделаю, что ты скажешь. Мне кажется, я знаю, что делать. Она сунула детонатор в карман и пошла за ним по темной улице. Они прошли несколько кварталов, завернули за угол и увидели витрины магазинов и телефонную будку. Вивьена дала ему несколько монет, у Коскинена в этом костюме все карманы были пусты, и встала у двери будки. Веки ее в мертвенно-бледном свете ламп казались зелеными, но губы твердо сжаты. Она вновь обрела уверенность в себе. Сначала Коскинен вызвал такси, а затем набрал номер местного отделения Службы Безопасности. Вспыхнула алая лампочка - сигнал записи на ленту. Коскинен не включил экран: зачем им знать, как он теперь выглядит. - Бюро Службы Безопасности, - ответил женский голос. Коскинен напрягся: - Послушайте, - сказал он. - Это очень срочно. Передайте ленту с записью сразу же своему начальству. Говорит Пит Коскинен. Я знаю. что вы меня ищите. Мне удалось избавиться от крупных неприятностей. Аппарат со мной. Но я не уверен, что могу доверять вам. Я пытался созвониться со своим товарищем Дэйвом Абрамсом. Я понял, что вы схватили его. Мне все это очень подозрительно. Может я и ошибаюсь. Но то, что у меня есть, слишком важно, поэтому я не могу действовать вслепую. Сейчас я исчезаю и позвоню с другого места примерно через полтора часа. А пока вы мне подготовите все, что касается Абрамса. Понятно? Я хочу видеть его воочию, и убедиться, что с ним все о'кей и его не содержат в тюрьме. Он отключился и вышел из будки. Такси, как он и надеялся, уже прибыло. Вивьена спрятала пистолет под плащом. Таксист не приблизится, если увидит оружие. Как и друг Неффа, таксист был в шлеме и у него был игольчатый пистолет. Господи, и это было всего два дня назад! - Куда? - его защищала от пассажиров прозрачная панель, видимо, пуленепробиваемая. Коскинен был захвачен врасплох, но Вивьена быстро ответила: - В Бруклин. И поживее. - Придется облетать Кратер, мадам. Гораздо дальше, чем обычно. Там какая-то заварушка и Служба Управления перекроила все маршруты. - О'кей, - сказал Коскинен. Он откинулся на спинку, насколько позволил ему аппарат. Они взмыли вверх. Служба Безопасности будет здесь через несколько минут, но уже будет поздно. Они, конечно, могут проверить Службу Управления, но компьютер уже сотрет из памяти информацию, что такси останавливалось на этом углу. А работа со службой такси займет очень много времени. "Значит, пока мы управляем ситуацией", - подумал он. - Бруклин, - немного погодя произнес водитель. - Куда именно? - К станции Флатбуш, - ответила Вивьена. - Эй, на такие расстояния не стоит брать такси. Можно доехать на метро. - Ты слышал леди, - сказал Коскинен. Водитель пробормотал что-то не очень любезное, но повиновался. Вивьена щедро расплатилась с ним. - Он был так зол, что мог бы заявить на нас в полицию, надеясь, что нас разыскивают копы, - сказала она, когда они вступили на эскалатор. Турникет проглотил монеты и впустил их. Они вошли в вагон и уселись на свободное место. Пассажиров было мало: рабочие, священник, несколько людей восточного типа, которые смотрели вокруг сонными глазами. Видимо, город еще не проснулся. Вивьена посмотрела на Коскинена. - Ты выглядишь гораздо лучше, - заметила она. - Я чувствую себя уже лучше, - признался он. Он снял со спины аппарат и поставил его возле ног. - Хотела бы я сказать то же самое, - вздохнула Вивьена. Вокруг покрасневших глаз ее были черные круги. - Устала до нельзя. И не только из-за сегодняшнего бегства. Все эти годы навалились на меня. Неужели я когда-то была маленькой девочкой, беззаботной, веселой, которую звали Виви? Сейчас мне кажется, что я читала об этом в старой книге. Он молча взял ее за руку, а другой рукой отважился обнять ее за плечи. Темная голова опустилась ему на плечо. - Прости Пит, - сказала она. - Я совсем не хочу жаловаться тебе. Но ты не будешь возражать, если я немного поплачу? И тихо... Он прижал ее к себе. Никто не обращал на них внимания. Да, самое ужасное, что он нашел на Земле, это полная изоляция людей друг от друга. Но что можно было ждать, если каждый человек всего лишь глухой, слепой, немой придаток автоматической машины, называемой государством? Они ехали без всякой цели, пока не пришло снова время звонить в Службу Безопасности. Вивьена поспала несколько минут и выглядела посвежевшей. Она шла рядом с ним пружинистой походкой. Сойдя с эскалатора, они огляделись. Теперь они оказались в более богатом районе. Дома вокруг них были новые, с панелями, отделанными пластиком, с широкими окнами и балконами. Вдоль улицы тянулся высокий забор, служивший границей парка вокруг Центра. Сам Центр возвышался вдали подобно горе, но он не обратил на него внимания. Его поразила свежая зелень травы, пышное великолепие цветочных клумб, грациозная красота деревьев... "Я совсем забыл, что Земля такая красивая планета", - подумал он. Охранник в форме со скучающим видом смотрел на них из-за забора. Ранние или может быть, поздние машины проносились по улице. Тут было запрещено движение поездов. Возле тротуара стояло такси. Значит, можно было не вызывать машину для немедленного бегства после звонка. - Почему бегства? - подумал он. - Почему бы просто не отправиться в ближайшее бюро Службы Безопасности? Он облизнул губы, заставил себя успокоится и вошел в будку. Вивьена осталась на улице. Она охраняла прибор, но не спускала с него глаз. Коскинен набрал номер. - Бюро... - Коскинен, - хрипло произнес он. - Вы готовы говорить со мной? - О! Один момент, - щелчок. Включился мужской голос: - Полковник Осленд. Если вы включите канал визуальной связи, Коскинен, я соединяю вас прямо с директором Маркусом. - О'кей, - он бросил еще одну монету. - Но прошу учесть, что у меня с собой нет аппарата. Если вы выследите и схватите меня, мой товарищ уничтожит машину. И никто, даже я, не сможет воспроизвести ее. Даже я, повторяю. На экране появилось мужское лицо, с густыми бровями, которое тут же сменилось другим, с тяжелым взглядом. Хью Маркус из Вашингтона. Коскинен много раз видел фотографии этого лица, так что он сразу узнал его. - Хэлло, - мягко сказал Маркус, - в чем дело? Чего ты боишься сынок? - Вас, - ответил Коскинен. - Вероятно у тебя есть основания, но... - Стоп! Я знаю, что у меня совсем немного времени. Ваши агенты уже, наверняка, мчатся сюда. Послушайте, Маркус, мне нужды гарантии человека, которого я хорошо знаю. Готов Дэйв Абрамс говорить со мной? - Минуту, минуту, - Маркус поднял руку с накрашенными ногтями. - Не нужно давать волю предубеждению против нас. Да, мы содержим Абрамса в тюрьме. Но для его же собственной безопасности. И, кстати, единственное, что мы хотим, это обезопасить тебя тоже. Абрамс в полном порядке... - Дайте мне с ним переговорить и побыстрее! Маркус вспыхнул, но продолжал вполне миролюбиво: - Почему именно Абрамс? К сожалению мы не можем так быстро привести его. Он содержится в Рокки Маунтенс и мы не видим причин, чтобы нарушать покой его и агентов, охраняющих его. А условия связи сейчас очень плохие, так что мы не можем подключить его к этой линии. - Я считаю, что вы вкатили ему такую дозу наркотиков, что сейчас не можете привести его в себя. Все ясно, Маркус. - Коскинен протянул руку к выключателю. - Подожди, - крикнул Маркус. - Хочешь поговорить с Карлом Хомби? Он здесь в полной безопасности. - Механик, - подумал Коскинен. Его колени внезапно стали ватными. - Хорошо, - прохрипел он. - Подключите его. - Хэлло, Карл, - мягко сказал Пит. - О, Пит, - Хомби искоса посмотрел в сторону. Значит, где-то рядом находится охранник с пистолетом. - Что это нашло на тебя? - Пока не знаю, - ответил Пит. - Как они обращаются с тобой? - Прекрасно, - ответил Карл. - У меня все прекрасно. - По твоему виду этого не скажешь. - Пит... - Хомби запнулся. - Возвращайся домой, Пит. Я не знаю, в чем дело, но мне велено передать тебе, что Служба Безопасности не сделает тебе ничего плохого. Так оно и есть. Коскинен промолчал. В трубке слышалось гудение. В окно будки он видел звезды, которые постепенно таяли по мере приближения утра. Вивьена не сдвинулась со своего места. Он напряг мышцы гортани, чтобы говорить на языке, на котором общались ближайшие друзья на марсе. - Карл, есть истина в том, что ты говорить? Хомби замер. Лицо его побледнело. - Не говори со мной так! - Почему? Ведь мы говорили с тобой на этом языке в ту ночь, когда были в святилище вместе с марсианами! Я приду к тебе, если ты скажешь мне на этом языке, что против меня не планируется ничего дурного. Хомби пытался заговорить, но он не смог. - Послушай. Я сам знаю, что мне угрожает опасность, - сказал Коскинен. - И если бы она угрожала только мне, я бы пришел. Но я уверен, что это опасно для всего мира... - Уходи. Побыстрее и подальше, - сказал Хомби на языке марсиан. Затем он наклонился к экрану и заговорил по-английски: - Брось все это, Пит. На тебя нашло затмение. Если ты хочешь, чтобы я дал марсианскую клятву, что ты будешь здесь в безопасности, о'кей, я клянусь. Так что кончай всю эту мороку. - Ясно. Я приду, - сказал Коскинен. - Но мне нужно забрать аппарат у помощника. А потом я явлюсь в ближайшее бюро Службы Безопасности, - он перевел дыхание. В горле у него пересохло. - Благодарю, Карл, - сказал он. - Ладно. Увидимся. "Надеюсь", - подумал Коскинен. Он выключил экран. Может ему удалось выиграть немного времени... чтобы сделать еще кое-что. Он вышел из будки и Вивьена схватила его за руку. - Ну, что Пит? Он поднял аппарат. - Нужно убираться отсюда, пока есть время, - коротко сказал он. 10 Она некоторое время стояла молча. Солнце еще не было видно, но оно уже позолотило верхушки здания Центра и наполнило улицы светом. Уличное движение пока не увеличилось: для обитателей этого района вставать еще было рано. Тут не было слышно утробного рева фабрик и заводов, который никогда не прерывался в бедных районах. Здесь звуки городской жизни напоминали мягкое дыхание спящего. Он посмотрел на Вивьену и она показалась ему похожей на падшего ангела, прислонившегося к воротам рая, из которого его выгнали. - Куда? - спросила она. - В убежище Зиггера? - Я не знаю. Мне не хотелось бы... но нужно бежать. Нам нужна помощь? Смех ее прозвучал саркастически. - Кто представит ее тебе? - она взяла его за руку. - Идем, Пит. Служба Безопасности проследит этот звонок. Они будут скоро здесь. - Я сказал, что иду к ним. - Они все равно проверят. Идем! В огромном здании на противоположной стороне вспыхнул свет. Коскинен зажмурился. Как будто само солнце дало ему сигнал. - Да! - почти выкрикнул он. - Что? - ее широкие глаза с блестящими золотинками пытливо смотрели на него. - Ты что-то придумал? - Да, - он быстро пошел к стоянке такси. Машины здесь были новые, блестящие, водители не вооружены. - Отсюда не возят в трущобы, - предупредила Вивьена. - Мы и не собираемся в трущобы. - Но лететь на верхние уровни опасно, Пит. Все вызовы такси здесь фиксируются. Как только Служба Безопасности поднимет тревогу, все таксисты будут запоминать пассажиров, и... - Но у нас нет выбора. Метро слишком медленный вид транспорта. К тому же его могут остановить. А я вовсе не желаю сидеть в туннеле и ждать, когда за нами придут. - Значит, ты хочешь куда-нибудь на верхний уровень, да? Он кивнул. - Хорошо. Будем считать, что ты знаешь, тем более, что времени для спора у нас нет. Но мы будем действовать так, чтобы не привлекать внимания, чтобы нас не запомнили по необычности поведения. Дай мне прибор, - она легко взяла прибор одной рукой. - Я понесу его. Я девушка, которую ты зацепил в трущобах. Я как раз подхожу под эту роль. А ты все еще выглядишь вполне респектабельно. Твой темный костюм не позволяет увидеть, что ты весь в грязи. - Что ты имеешь в виду? - в замешательстве спросил он. Небо уже просветлело и он мог видеть ее лицо. Она негромко сказала ему: - Ты подцепил меня в таверне нижнего уровня, - затем она заговорила громко. - Эй, ты, дурачок, беспутный сынок мультимиллионера! Иди за мной. Они пошли к такси. Коскинен еще ничего не понимал, но когда рука Вивьены схватила его за волосы и подтянула его рот к своему, ему все стало ясно. Обнимая друг друга - даже в этот момент Коскинен удивился искусству, с которым Вивьена прикрывала его лицо от таксиста - они забрались в машину. Вивьена кинула прибор за угол. - Том, мне нужно вернуться на работу. Босс снимет с меня шкуру, если эта штука не будет стоять в его кабинете утром. Коскинен не мог сразу придумать ответ и Вивьена ущипнула его. - О, не беспокойся об этом, крошка. Я позабочусь, чтобы босс был удовлетворен. - Как, наверное, приятно иметь много денег, - мурлыкала она. Дверь закрылась. Такси взлетело, сразу набрав полную скорость. Инерция еще крепче прижала их друг к другу. Коскинен сильно сжал ее в объятиях. - Полегче, медведь, - прошептала она. А он, закрыв глаза вдыхал ее теплый аромат. Ее волосы пахли солнечным восходом, а кожа... он не мог найти подходящего сравнения. Сердце билось у него в груди, он задыхался от желания обладать ею. Уголком глаза, без особого интереса он увидел восходящее солнце. В его свете мегаполис казался какой-то романтической крепостью. Две реки и залив Лонг-Айленд блестели, как расплавленное серебро. В воздухе не было видно других машин. Они быстро летели на восток - гораздо быстрее, чем ему хотелось. Сейчас они летели над районами, где могли себе позволить жить только очень богатые. Здесь было запрещено строить промышленные предприятия. Громада Централии появилась на горизонте. - Куда, сэр? - спросил водитель. Ему пришлось дважды повторить вопрос, так как Коскинен замер в объятиях Вивьены. Затем он спохватился и пробормотал: - Вест-сайд. Двадцать третья, пожалуйста. - Хорошо, сэр, - водитель запросил разрешения на поворот, получил его и направил машину вниз. Вскоре колеса зашуршали по земле. Вивьена сунула деньги в карман Коскинена. - Заплати побольше, - выдохнула она ему на ухо и вышла из кабины. Все еще находясь в полном смятении от близости ее тела, он кивнул. - О, Боже, - рассмеялась она. - Я такая растрепанная! - Ты выглядишь прекрасно, - не солгал он. Вивьена взяла прибор и пошла. Коскинен расплатился с таксистом, который совсем не смотрел на него, а смотрел на Вивьену, которая удалялась, отчаянно виляя задом. - Вам повезло, сэр, - сказал таксист и вскоре такси взмыло в воздух, направляясь в сторону Манхеттена. Они стояли перед прекрасным садом и смотрели на свежую траву, где блестели росинки, на прекрасные цветочные клумбы, вдыхали запах роз... Коскинен обнял Вивьену за талию. Она вздохнула и положила ему голову на плечо. - Я почти забыла, что Земля так прекрасна, - прошептала она. - А я это только что узнал... благодаря тебе... - он сам удивился своему ответу. Она хмыкнула: - Ты способный ученик, Пит, должна сказать. Послышались шаги по дорожке, усыпанной гравием. Они обернулись, насторожившись. На площадке для приземления не было служителей, но их вероятно, заметили и теперь охранник шел, чтобы узнать, кто они и что им надо. Этот человек не был одет в униформу. Он шел лениво и улыбка играла на его губах, но Коскинен отметил его прекрасно тренированные мускулы и микропередатчик на запястье. - Доброе утро, сэр, - поздоровался человек. - Чем могу вам служить? - Мне бы хотелось увидеть м-ра Абрамса, - сказал Коскинен. Охранник поднял брови. - Мое имя Коскинен. У меня есть некоторые новости, которые заинтересуют его. Профессиональная невозмутимость уступила место возбуждению. - О, конечно, мистер Коскинен! Сейчас. Я думаю, что он еще спит, но... идите за мной! Коскинен взял у Вивьены прибор и накинул ремень на одно плечо. Она схватила его за руку, придержала, пока охранник ушел вперед. Он заметил, что Вивьена очень напряжена. - Послушай, Пит, - прошептала она. - Я слышала о Натане Абрамсе. Он большой человек в Дженерал Атомик. Зачем ты пришел к нему? - Ты забыла, что Служба Безопасности схватила его сына? Я думаю, что он будет рад помочь нам. - Идиот! - взорвалась она. - Ты думаешь, что Служба Безопасности не следит за ним? - О, несомненно. Риск, разумеется есть, но не очень большой. Сейчас они заняты тем, что разбираются с этой историей у Кратера. Они вынуждены подключить туда всех местных агентов, так что я уверен, что здесь пока чисто. - Если С. Б. не имеет агентов внутри дома. - Я сомневаюсь в этом. Дэвид говорил мне, что его отец очень тщательно подбирает слуг, и он уверен в их преданности себе. Так делают все большие люди. В нашем волчьем мире это необходимо. - Хм... ну хорошо, то, что нас пока еще не схватили, доказывает, что ты может и прав. Она испытующе посмотрела на него. - Неплохо. Профессионал не смог бы так быстро оправиться от той передряги, в которую ты попал. Ты так быстро все схватываешь, что это даже пугает меня. Но идем, охранник ждет нас. Они вошли через стеклянные двери в дом. В центре соляриума был фонтан высотой в 20 футов. Коскинен увидел, что ба