ры -- люди... По рекомендации Ренолта мы устроили тайник под развесистым, усыпанным цветами деревом: заложили неприкосновенный запас, отметили радиомаяком и поставили противопехотную мину. Как говорится, взрыв делу не помеха. Продираясь сквозь колючий кустарник и сухую траву, я стал замечать смутные очертания дороги, проступающие под вечным слоем пыли. При ближайшем рассмотрении дорога оказалась широким четырехполосным шоссе, разделенным по центральной линии ржавым металлическим рельсом. Дорога для жителей пригорода? Обсуждая этот вариант с отцом Донахью, мы не заметили, как кончилась полоса деревьев и перед нами возник город. -- Ну и дела! -- вздохнул лысый священник, отодвигая на затылок шапку. -- Большие дела! -- согласился я с ним всей душой. Метрополия -- вот подходящее слово для раскинувшейся перед нами, внушающей благоговение панорамы башен и небоскребов. Но гораздо сильнее, чем сами масштабы города, поражало то, что он располагался под прозрачным, словно хрустальным куполом. Даже с большого расстояния мы определили, что нижняя часть конструкции по виду напоминает утес на берегу: тот же гладкий желто-коричневый камень. Но на высоте примерно сорока футов стена становилась совершенно прозрачной и заворачивалась внутрь, полностью укрывая город. Дорога, по которой мы шли, привела нас к глухой стене -- никаких порталов, никаких символов. Хитроумность изобретения и восхитила нас, и возмутила. Как проникнуть за эту стену? Жестом я подозвал Андерсона. -- Рич, ты, кажется, занимался раньше строительством? Опираясь на жезл как на прогулочную трость, маг не торопясь подошел ко мне. -- Верно, когда-то я был неплохим каменщиком. Это до того, как узнал, что на самом деле охраняется в Форт-Ноксе, а потом случайно стал чародеем в Бюро-13. -- Как ты думаешь, из чего этот купол? Армолит? Плексиглас? Прозрачная сталь? -- Эд, это явно не бриллиантовые пластины, не спрессованные волокна графита,-- скривил губы Андерсон.-- Я не знаю материала, из которого можно изготовить купол такого размера,-- он рухнул бы под собственным весом. Чтобы создать все это,-- он сделал широкий жест рукой,-- надо располагать таким материалом, который встречается разве что в научной фантастике. -- Или призвать на помощь магию,-- добавил практичный Донахью. Ричард не стал возражать. Пристальное изучение желто-коричневой стены дало свой результат: мы обнаружили пластинку из стекла или пластика, вделанную в камень на высоте плеча,-- форма ее повторяла форму руки. Нам это знакомо: нажимаешь ладонью на пластинку -- активизируется внутреннее сканирующее устройство; читает отпечатки пальцев, сравнивает их с хранящимися в банке данных. Имеешь допуск -- входи беспрепятственно, не имеешь -- получишь электрический разряд, испаряющий целый "бьюик". С помощью карманного электромеханического передатчика я попытался создать помехи в электронной схеме сканнера -- безуспешно. Ричард попробовал открыть дверь с помощью магии, но портал оказался запечатанным еще крепче, чем в утесе: вообще едва удалось обнаружить, что вход все-таки есть. Джессика предприняла попытку внедрения в разум -- безрезультатно. Оставалось три варианта: признать поражение, воспользоваться способностями Мин-ди или обратиться к методам Джорджа. -- Дайте я попробую! -- рвался в бой Ренолт. Нехотя я уступил, и он положил под стену наш последний взрывной пакет. -- Рич? -- обратился я к чародею. Он кивнул: -- Нет проблем. Послушай, Джордж, если что-то пойдет не так, как надо, и ты испортишь мой жезл, обещаю не превращать тебя в жабу. -- Гм... премного благодарен,-- расшаркался Джордж. Подойдя к нему поближе, Ричард склонился к солдату -- тот ведь ниже его ростом. -- Я превращу в жабу только... некоторые твои части. Тот сглотнул. -- Ладно, пусть так. Мы открыли верхний клапан, поставили хронометр и отбежали на безопасное расстояние. Ричард стал размахивать жезлом; и через тридцать секунд пакет исчез в мощной вспышке света и клубах дыма. Фантастика! Меня обдало воздушной волной, я пригнул голову, спасаясь от посыпавшейся на меня почвы, но не услышал ни единого звука. Удивительно, но грандиозный взрыв дал свои результаты: коща дым рассеялся, мы увидели, что стена покрылась сетью бесчисленных трещин -- они зарастали на наших глазах сами по себе, словно раны на живой плоти. -- Вот вам и грубая сила! -- Минди передала свой колчан и лук Донахью, а меч оставила себе,-- наверно, решила, что если уж погибать, так с мечом в руке; может, и еще что-то пришло ей в голову. Священник закинул колчан через плечо. -- Готова? -- Ничего не остается, как идти вперед. Подняв свой браслет, Минди пробормотала заветное слово и исчезла из виду, словно тающий призрак. Мы видели только ее смутные очертания, когда она перешагнула через кратер, проделанный взрывом, и внедрилась в стену. Прошла томительная минута. Внезапно Минди, пошатываясь, выпала из стены на землю, хватая ртом воздух. Мы все бросились к ней, я обхватил девушку руками. -- Господи, что случилось, девочка?! -- Стена... сопротивляется...-- едва могла произнести, задыхаясь, Минди.-- Волны давления... навалились на меня. Я упиралась ногами и продвигалась вперед, но толчки нарастали... пока совсем меня не вытолкнули... Джордж бросил в рот кусочек жевательной резинки. -- Что теперь, бесстрашный лидер? -- прочавкал он. Я мрачно взглянул на него и вздохнул. -- Нам нужна помощь. Все недоумевающе посмотрели на меня, один Ричард понял мою идею. -- Помощь со стороны жителя острова,-- пояснил он.-- Согреваем его до нормальной температуры тела, ставим напротив сканнера. Если повезет -- проходим. -- Попробуем! Джессика состроила гримасу. -- Страшновато, зато действенно. Склонившись над Минди, Донахыо помог ей встать на ноги. -- Итак, что мы делаем теперь? Ищем другой вход или идем на кладбище? -- Он протянул Минди лук и колчан со стрелами. Наша воительница крепко ухватилась за свои доспехи, словно черпая в них силу. Насчет кладбища придумано здорово, но мы же не знаем точно, где оно. Пошли наугад, направо. Целый час мы продвигались вдоль глухой монолитной стены, пока не достигли края города и немощеной дороги. На небольшом расстоянии от стены тянулась густая полоса деревьев, а за ней просматривалось открытое пространство -- очень хорошо всем нам знакомое. -- Кладбище! -- воскликнула Минди.-- Ура-а! Джордж немедленно положил ей в рот печенье. Мисс Дженнингс -- мастер по части единоборств, но уж никак не по части молчания. Но фамильярность Джорджа она приняла благосклонно, даже не без изящества. Раздвинув кусты, я, к своему восторгу, увидел, что кладбище не закрыто куполом, смотрит вполне невинно и кажется доступным: его окружает только низкая каменная ограда примерно в метр высотой; входных ворот вообще нет. Заглянул внутрь ограды через бинокль: весь центр пространства занимают бесчисленные ряды простых могильных камней, неотличимых друг от друга, а в каждом углу -- нарядное каменное сооружение без окон, с одной только дверью -- без сомнения, усыпальницы. По кладбищу мы как-то шли впотьмах -- Лежала мгла на плитах и холмах,-- пришли мне на ум строки вместе с воспоминанием о Хас-сане. Но мое приличествующее сему месту настроение быстро улетучилось: с правой стороны кладбища возвышалась огромная земляная насыпь, а на ней -- Бог знает что: сломанные деревянные колеса, битое стекло, ржавая проволока, тряпки и тому подобный мусор. Мусорная свалка? Что же, они хоронили своих мертвых в таком месте? Или этот народ обладал весьма странными представлениями о пристойности, или ему было безразлично, где хоронят их мертвых. Еще это явно свидетельствовало о богатстве цивилизации: в бедных обществах не бывает отходов; они просто не могут себе этого позволить. Мы двигались врассыпную, используя в качестве прикрытия все, что попадалось на пути. За оградой рассеялись по тропинкам между могил, по привычке избегая наступать на сами могилы: кто знает, чем это может кончиться. Здесь почти совсем нгт пыли... Что бы это значило? Перед нами, в восточном направлении, поднималась к облачности горная гряда, закрывая своей массой утес, огибающий этот странный остров. I! центре гряды торчал как кинжал, сияя снежной вершиной, величественный главный пик. Неужели он такой высокий, что там лежит снег? Сделав всем знак остановиться, я нагнулся и попытался прочесть надпись на могильном камне. Нет, расшифровать древние письмена, если это письмена, мне не под силу. -- Рич, попробуй поговори с кем-нибудь из них, а? Маг пообещал, что попытается, и постучал по камню жезлом, заставив его звучать мягко, как колокольчик. -- Проснись! -- Он применил Повелительный Голос.-- Расскажи мне об этом месте! Под камнем раздалось слабое ворчание -- и быстро стихло. -- Сожалею, Эд. Эта могила слишком стара, можно сказать -- древняя. Древняя могила? Терпеть не могу, когда чародей говорит такие вещи,-- чувствую себя уязвленным. В этот момент кто-то позвал нас свистом, и, оставив могильный камень, мы поспешили к поджидавшим нас Донахью и Джессике. В самом центре кладбища могил не было, вместо них зиял пустой круг диаметром метров пятьдесят. На земле валялись десятки, нет, сотни деревянных крестов... Да не маленькие, какие принято ставить на могилах, а распятия в человеческий рост; на перекладинах -- многочисленные следы от гвоздей, подозрительные темные пятна. -- Проклятье! -- выругался Ричард за всех нас. -- Присоединяюсь! -- Донахью коснулся пальцами маленького серебряного распятия, свисающего у него с пояса. В самом центре этого адского круга, в углублении, среди копоти,-- четыре почерневшие цепи, толстые звенья их оканчивались тяжелыми наручниками. Первое, что приходило на ум: здесь крематорий; но почему в крематории трупы приходилось заковывать в цепи? -- Живьем! -- Минди яростно крутила руками плетеную рукоять меча в ножнах.-- Эти гады сжигали их живьем! -- Может, так казнили преступников? -- предположи. Джордж, проводя языком по пересохшим губам. -- Джесс? -- спросил я. Обхватив себя руками, Джессика отрицательно покачала головой. Бедняжка не могла справиться с мощным потоком негативных вибраций, исходившим от людей, погибших в этом месте. Нельзя выпускать ее из поля зрения! Убрав выбившиеся из-под шапки волосы, я взглянул на часы. -- Быстрей, время идет! Помощь необходима! Джордж вытащил лопату. -- Надо копать! -- Все, кто зарыт в землю, давно уже съедены червями,-- констатировал отец Донахью.-- Единственная наша надежда -- усыпальница. -- 0'кей. Которая? -- спросила Минди. -- Какая разница? -- Есть разница! -- Ричард глазами водил по окрестностям.-- Причем большая. Мы ждали. Джессика молча показала пальцем на одно строение, по виду не отличавшееся от других. Туда мы и направились. Дверь в усыпальницу точно такая же, как на пляже,-- бронзовая, без особых затей. Я открыл бы ее, даже если бы глаза мои были закрыты. Из-под портала наружу вырвалась струя воздуха, немного затхлого, но без характерных признаков заклятого врага археологов -- метана. Учитывая все, что мы уже видели, здесь нас могла поджидать настоящая опасность. Стоя в прямоугольнике солнечного света, я мог разглядеть ближайшее настенное крепление для факела, сам факел, впрочем, отсутствовал. Ну, ладно. Настроив линзы фонаря на самый широкий охват, я осветил ярким лучом пустое пространство сумрачного помещения: пол, стены, потолок -- все вырублено из цельного цветного камня. Цельного! Интересно, в чем здесь фокус? -- Все чисто! -- объявил я. Ребята по одному быстрым шагом вошли за мной внутрь, замыкающим -- Джордж, он пристроил в косяк неломающуюся карманную расческу -- одно из приспособлений, рожденных в Бюро,-- и оставил дверь приоткрытой. Это я научил их такой штуке. В помещении, кроме нас, никого. Интерес представляет одна только дальняя стена с рядами металлических пластин -- дверцы от ниш с гробами, четыре ряда по двадцать пять пластин, итого ровно сто. Все здесь больше походит на морг, чем на усыпальницу. Мы вплотную занялись нишами, а Донахью стал на карауле у двери: вскрытие могил как-то не очень соответствовало сану священника. Взломать нишу оказалось проще, чем мы ожидали: настенные пластины держались на четырех болтах -- справиться удалось быстро. Гроб выкатывался из ниши на смазанных катках. Но вот чтобы открыть крышку, потребовались усилия троих из нас: века, проведенные под водой, накрепко спаяли гроб. Поработав некоторое время небольшими ломиками, мы в конце концов добились успеха. Раздался треск дерева -- крышка упала на пол. Мы увидели человеческий скелет, сломанные пальцы вросли в деревянную крышку гроба; следы ногтей, темные пятна молчаливо свидетельствовали о последних мучительных минутах. А под останками этого несчастного лежали кости Бог знает скольких других. Теперь ясно, почему так легко оказалось вскрыть нишу: она использовалась неоднократно. Это не кладбище, не место казни, а камера пыток. Частные сы- -- щики по натуре отнюдь не кровожадны, но я начинал приходить к мысли, что здешним местам не помешает хорошая радиоактивная баня. -- Святой отец! В один миг Донахью встал рядом со мной, подняв пушку, готовый встретить опасность. -- Что-нибудь не так? -- И да и нет. Можешь ты помолиться за упокой всех мертвых, что находятся здесь? Он моргнул. -- Всех... одновременно? Я кивнул. -- Да, конечно. Но почему? Мы объяснили, и, когда он заглянул в гроб, его лицо исказила такая неприкрытая ярость, что мне стало даже слегка жаль тех, кто сотворил это гнусное действо. Будучи единственным, кроме отца Донахью, католиком в отряде, я сыграл роль прислужника в алтаре. Накинув на себя, как велит церковный обряд, пурпурную ленту, Донахью совершил экуменистскую церемонию с помощью карманной Библии. В мрачном полумраке вечные слова разносились громко и торжественно. Когда он умолк, мы хором пропели "Аминь!". В ту же секунду послышались глухие удары внутри стен усыпальницы. О черт! Сила ударов быстро нарастала, здание затрясло, мы едва держались на ногах... Болты, на которых удерживались настенные металлические пластины, с дребезжанием попадали на пол; за ними последовали сами пластины; из гробов вырывались ослепительные лучи света... Времени бежать к выходу у нас не оставалось. Я надеялся только: то, что мы случайно разбудили, не причинит нам зла или его можно будет уничтожить. Порывы ветра с ревом вырывались из всех ниш, под их натиском мы отлетели назад; ветер рвал нанас одежду... Один Донахью спокойно стоял, будто грохочущий ураган его не касался. Наружная дверь с шумом распахнулась -- и буря с ревом утихла вдали. В наступившей за этим тишине бронзовая дверь медленно закрылась. -- Что за чертовщина? -- Мой голос в тишине прозвучал неправдоподобно громко. -- Духи! -- произнес Джордж таким тоном, что я пригнулся, готовый встретить атаку. У стены, паря над гробом, заклубился туманный Призрак -- образ молодой женщины. Прекрасный Призрак сиял белизной, но мы видели его только до пояса, там, ще должны быть ноги, трепетали легкие ткани... В воздухе разнесся медовый аромат свежей эктоплазмы... Естественно, никто не испугался -- это всего лишь привидение. Тоже мне! В подвале дома, где мы жили, завелось одно привидение, так оно регулярно таскало из газет спортивную хронику и делало заказы на пиццу. -- Берегитесь!..-- произнес Призрак, тихий шепот сопровождало слабое эхо. На мой взгляд, не годится начинать беседу с угроз. Конечно, мы понимали ее речь, хотя эта дама покинула мир сей на многие тысячелетия раньше, чем начал развиваться английский язык. В этом смысле привидения ведут себя довольно странно: тот, к кому они обращаются, обязательно слышит их на своем родном языке. Я -- на испанском, Джордж -- на французском, хотя сам еле говорит на нем: он появился на свет в Париже, но его родители переехали в Огайо, когда ему не исполнилось и двух лет. Беседы с привидениями сводили его с ума. -- Чего следует нам беречься, дитя мое? -- Это отец Донахью. Призрак подплыл ближе к священнику, складки летящего одеяния беспрепятственно прошли сквозь гроб -- ну точно как в фильме по рассказу Эдгара По "Падение дома Эшеров". Мы уже пришли к выводу, что здесь существовало рабовладельческое общество, стало быть, это для нас не новость. -- Прекрасная дама,-- произнес я, стараясь быть как можно обворожительнее,-- что здесь произошло? Но леди не услышала меня или не пожелала со мной говорить. Отец Донахью повторил вопрос. Призрак издал глубокий, трепетный вздох. -- Однажды темной ночью... когда они спали... мы похитили их магию...-- Взгляд ее был обращен в прошлое.-- И приказали небу утопить землю в море... Мы победили... и проиграли... Наши хозяева не умерли, они только уснули... Они и сейчас могут проснуться... чтобы снова мучить мир... своей властью, стоящей на крови и боли... -- Что?.. Что она говорит? -- спросил Ренолт. Наш универсальный лингвист Джессика перевела ему. -- Поведай, дитя мое, что нам следует делать? -- продолжал свои вопросы отец Донахью. Прозрачная рука ласково коснулась его застывшего лица. -- Остановите... если вы в силах...-- прошелестел Призрак.-- Остановите остров... дайте ему подняться... -- Как? -- Я уже терял терпение -- эти проклятые струящиеся привидения никогда не могут дойти до сути. -- Как? -- эхом повторил Донахью. Но леди уже начала таять, время ее на земле кончалось. -- На север... там туннель... Ищите разбитую статую... -- Разбитую статую? Как бы умаляя нас, исчезающий белый Призрак поднял руки. -- Найдите новую магию... украдите ее... Разрушьте ее... АН Ландус пусть не поднимается наверх... В усыпальнице стало темно, Призрак исчез. XI Несмотря на странное произношение, мы поняли, что это означает. -- Энн Лэндис? -- повторил Джордж, недоуменно почесывая затылок.-- Так это киноактриса, знаменитая в шестидесятых. Я повернулся к Минди. -- Ты ближе всех, дай ему как следует! Дженнингс не смогла ослушаться такого приказа. -- Она имела в виду Атлантиду, ты, тупоголовый киношник! -- объяснил Донахью, снял с шеи пурпурную ленту и, аккуратно свернув, заложил эту относящуюся к религии часть своего походного снаряжения в рюкзак. -- О! А я всегда думал, что этот остров -- в Средиземном море, недалеко от Греции. -- Он передвинулся! -- фыркнула Минди.-- Соображать надо! Ричард щелкнул пальцами. -- Послушайте, по-моему, у того пария, на пляже, был греческий словарь. Молча отец Донахью извлек из кармана куртки книгу -- не на греческом, а на эллинском, языке древних греков. -- Хотел бы я знать, откуда это им стало известно? -- размышлял он вслух. Ответ на вопрос молниеносно пришел мне в голову -- и сразил как удар в живот. -- Если только они сами не являются новым источником магии. Итак, Служба сатаны нашла наконец способ завоевать мир и покончить с Бюро. Почему да как -- с этим будем разбираться потом; сейчас дело первостепенной важности -- не дать им победить, не позволить! К несчастью, от здешних жителей остались одни кости, звать на помощь некого. У нас нет другого выхода, как самим отправляться на поиски этого таинственного туннеля. Из своего пояса я извлек компас: север как раз в той стороне, что и земляная насыпь, заваленная мусором. Самое подходящее место для разбитой статуи. -- Бегом марш! -- скомандовал я.-- Дистанция пять метров! Я -- впереди, Ричард прикрывает тыл! Выбежав с кладбища, мы двинулись через полосу деревьев к правой стороне кладбища, к дальнему ее краю. Там мы обнаружили нечто не обозначенное на макете i павильоне, нечто вроде военной базы. Это место окружал забор из нержавеющей стали высотой метров тридцать Сверху шла проволока, поддерживаемая блестящими шипами. Электрические провода -- без сомнения! Живопис ные ворота украшали этот забор, их створки приоткрыты Однако вход преграждают два гигантских розовато-лило ватых краба: сидят на мраморных постаментах с подия тыми вверх клешнями, как в атаке. Ребята обменялио недоуменными взглядами. Лиловые крабы величиной со школьный автобус? Видимо, эти люди и в области архитектурного декора разработали более чем оригинальный подход... Или здесь обожали бурную морскую жизнь... Предпочел первое. Я быстро осмотрел в бинокль все это загадочное место. Внутреннее пространство заполняли ряды железных клеток: большие и маленькие, стоят на подпорках или вкопаны в землю. Так-так... Примерно сотня клеток превратилась в кучи ржавого железа; у многих уцелевших клеток сломаны двери, металлические решетки криво болтаются на покореженных петлях. -- Какой-то безумный зверинец! -- Я опустил бинокль. -- Да уж...-- Минди тоже изучала окрестности в свой полевой бинокль.-- Это и объясняет, видимо, почему сюда внедрились таинственные монстры. -- Зачем монстрам зверинец? -- Джордж, волнуясь, как всегда, набрал полный рот жвачки.-- Какой в этом смысл? -- А есть ли вообще смысл в зверинцах? -- рассердилась Джессика. Ричард покачал головой: -- Нет, Джордж прав. Зверинец здесь неспроста. Ведь остров вряд ли рассчитан на привлечение туристов. -- Может, здесь держали опасных зверей? -- предположил я.-- Или выпускали их как непрошеных гостей.-- Но обе версии мне и самому показались уж очень слабыми. -- Или это карантин для домашних животных,-- добавила Минди. Джордж ткнул большим пальцем в сторону зверинца. -- Что это за домашние животные, если их содержали в таких условиях? -- 0'кей, может, я и ошибаюсь,-- смирилась она. -- Простите,-- нерешительно вмешался в спор отец До-нахыо.-- Помоему, в центре города должна быть постройка, напоминающая колизей. Я помрачнел. Тогда возникало несколько версий, леденящих кровь. Ну, к примеру, старинная история с христианами и львами во времена упадка Древнего Рима, как раз перед окончательным распадом империи. Может, и здесь события развивались по тому же сценарию -- какой-нибудь обладающий секретами магии Нерон с погружающегося в океан острова? Такой тип соответствовал начинающему вырисовываться психологическому портрету хозяев. Ричард грыз ноготь большого пальца. -- Если зверинец предназначен для колизея, то животных туда доставляли через подземную транспортную систему. Так и мы можем проникнуть в город. Не чародей, а просто чудо! Никогда не перестает мыслить. -- Возможно, именно это и имело в виду привидение! -- поддержал я.-- Пошли! Донахью задумчиво потирал подбородок. -- 0'кей, только как мы попадем внутрь? -- Что-то случилось с воротами? -- поинтересовался я. -- А разве ты не заметил парочку крабов-близнецов? -- Минди коснулась пальцами рукоятки меча.-- Если взрывать запрещено, как мы уберем их с дороги? Утопим в собственной крови? -- Ба, нашлю-ка я на них сонные чары средней мощности.-- Ричард завращал своим жезлом, словно барабанщица на военном параде. -- Чепуха! -- возразил Джордж, уверенно постукивая по канистре с отравляющим газом.-- Доза BZ сделает свое дело. -- Органических компонентов в них не обнаружено,-- предупредила Джесс.-- Это или статуи, или роботы. Дискуссия на минуту прекратилась. -- Любой из них может оказаться разбитой статуей! -- прошептала Минди, ослабив натяжение стрелы, вставленной в лук. -- Интересно...-- размышлял вслух Донахыо.-- Если это роботы, хотелось бы знать, на что они запрограммированы? Приветствовать посетителей или отпугивать их? Откинув панель с противотанкового орудия, Джордж проверил индикаторы. Даже с расстояния примерно в метр я видел цифру на дисплее -- "14 ООО". -- Все это значения не имеет! -- Ренолт поставил панель в прежнее положение.-- Мы с ними легко справимся. -- Варвар! -- упрекнул его Ричард.-- Почему бы не попытаться сначала пройти мимо них? Ну а не получится -- поговорим с ними... Никто из нас не нашел в этом плане действий ни малейшего изъяна. -- Что скажешь, Эд? -- спросил Донахью. Я пожал плечами. -- "En vitium ducit culpae fuga"1. На всякий случай я пошуршал в кустах -- что будет? Ничего не случилось. Построившись в боевой порядок, мы вышли из кустов и медленно направились к зверинцу; свежая зеленая трава скрывала следы наших ботинок. Внимательно наблюдая за крабами, с оружием на изготовку, мы приблизились к ним и решительно прошли под нависшими над нами ракообразными. Мне показалось, что я услышал металлический скрежет, но ни один из них не шевельнулся -- игра моего воображения? Надежда, надежда и еще раз надежда! Продвигаясь по запыленным тропинкам зверинца, мы бегло осмотрели разрушенные временем клетки: сработаны по-спартански, даже примитивно. Ясно -- здесь был отнюдь не комплекс развлечений, все это больше напоминает тюрьму: повсюду в изобилии валяются цепи и запоры; металлические решетки клеток ощетинены изнутри острыми шипами; в глаза бросаются ничем не замаскированные отхожие места. В клетках в основном скелеты с остатками шерсти или чешуи. Несколько трупов сохранились полностью, их просто высушило под действием времени. В двух клетках обнаружились и живые обитатели -- противные волосатые существа с трубчатым хоботом и жесткими крыльями, нечто среднее между летучей мышью и пылесосом. Странно, что оживали животные и до сих пор не ожил ни один человек -- ни рабов, ни хозяев. Куда они все подевались? -- Тьфу! -- Ричард брезгливо поджал губы.-- Это москиты! Я оторопел -- вот чертов сын, ведь он же прав: волосатые черные москиты! Я осторожно приблизился к клетке и вдруг заметил что-то очень странное, лежащее внутри клетки на полу. Потребовались доли секунды, чтобы понять, что это такое, а когда я понял, мир вокруг как-то странно притих. -- Что случилось, Эд? -- подошла Минди и вытащила из ножен меч. -- Надо поубивать всех гадов, пока они не восстановились и не устроили массовый побег! -- Я поспешил вставить в пистолет новую обойму. -- Что такое? Почему? -- встревожилась растерянная Джессика. Я показал, направив дуло пистолета. На грязном, замусоренном полу клетки разбросаны многочисленные кости -- самая верхняя, без сомнения, принадлежала человеку. Кроме черепа самая характерная часть нашего скелета -- берцовая кость. Джессика ахнула, и я кивнул головой. -- Правило Бюро номер сто сорок три,-- процитировал отец Донахью, взводя свой автоматический пулемет.-- Если некое безмозглое существо питается человеческой плотью, оно рассматривается как опасное для жизни и должно быть уничтожено. Будучи священником, Майкл придерживался строго определенных взглядов на эту проблему. Он никогда не использовал свое оружие против живых людей -- это считалось бы убийством. Но разнести в клочья монстра или порождение ада Донахью считал своей святой обязанностью. -- А откуда ты взял, что они безмозглые? -- поинтересовалась Джессика. Резонный вопрос. Донахью ответил на него, подергав дверь клетки. -- Эти замки -- непреодолимая преграда для стофунтовой гориллы, но их легко откроет двенадцатилетний ребенок. -- Ты прав.-- Ричард задумался; кончик его жезла засветился -- к нему прибывала энергия.-- То, что напало на меня сегодня утром, было всего лишь животным. Я получил в голову по той единственной причине, что... гм... -- Оно застигло тебя врасплох,-- улыбнулась Минди. -- Вот именно! -- смутился он. Чтобы исключить всякие случайности, я перезарядил свой пистолет. -- Одна серебряная пуля в череп -- и дело с концом. -- Хочешь наделаю из сучьев колья -- проткнем сердца? -- предложил Ренолт. -- Не годится -- слишком долго. Времени в обрез. Однако не помешает обложить центральные ворота "билли филли" -- вдруг кто-то из них останется в живых. У "билли филли" -- белого фосфора -- более низкая температура горения, чем у термита, зато распространяется он быстрее и в состоянии зажарить что угодно. Впрочем, убить этих крошек в клетках не такто и легко. -- Специальное блюдо на подходе,-- самодовольно ухмыльнулся Джордж, вытаскивая провод и все, что нужно, из своего рюкзака. Он приступил к работе, а Минди встала на часах. -- Дым может привлечь внимание! -- напомнила она. -- Переключатель действует под давлением.-- Джордж подсоединял выключатель к батарее.-- Устройство не сде-тонирует, если ворота не потревожат. -- Сколько времени тебе надо? -- спросил я. -- Минут десять. -- Валяй! Пока наш солдат прилаживал зажигательное устройство, все остальные методично прочесывали ряды клеток, всаживая серебряные пули во все, что напоминало головы. Иногда приходилось тратить для верности три-четыре пули. Команда разделилась, чтобы поскорее все закончить. Опасности большой нет -- мы хорошо видели друг друга сквозь решетки клеток. Двигаясь все время вперед, я попал в грязный тупик, заканчивающийся такой огромной клеткой, что в ней свободно поместился бы летающий слон. Именно над этим вопросом я и задумался, когда земля под ногами вдруг стала осыпаться и я начал падать. Уронив винтовку, я сделал отчаянный рывок к железным прутьям, но не дотянулся. Меня поглотила сплошная тьма... XII Падая вниз, я заорал. Да и кто на моем месте нс заорал бы? Правда, мне еще ни разу не удавалось прекратить свое падение таким способом, да я и не ставил перед собой этой задачи. Но попытка не пытка. Принять бы вертикальное положение, уцепиться за что-нибудь... Но тяжелый рюкзак перевешивал, и я продолжал падать вверх лицом, обращенным к темному отверстию земляной шахты. Возможностей хоть както изменить положение почти нет -- расслабим мышцы. Минди учила, что таким способом можно избежать переломов при ударе о землю. ...Упал на какую-то сеть, глубоко спружинившую под моим весом, собрался было упереться в нее ногами, но достиг лишь того, что попросту подпрыгивал вместе с ней то вверх, то вниз, пока колебания не прекратились сами собой. В призрачном свете я разглядел, куда попал,-- в гигантскую паутину. Вот это вляпался! Призову на помощь всю свою выдержку, освобожусь... Но, оказывается, могу пошевелить одной только левой рукой, да и то ниже локтя,-- правая всеми пальцами пристала к паутине. Как ни старался оторвать их от клейких нитей -- ничего не получалось! Повернул голову, вырвал при этом несколько волос, поморщился от боли... В десяти футах от меня -- моя винтовка! Проклятье! Постойте-ка, а браслет? И вообще, какой из них я себе взял? "Огненный взрыв"? "Удар молнии?" Ах нет! "Невидимка"! Час от часу не легче... Тогда мне казалось,что я сделал неплохой выбор. К моему несчастью, пауку в высшей степени наплевать на мой чудодейственный браслет. Паук способен видеть в ультрафиолетовом спектре -- он в один миг обнаружит меня. Левой рукой обшарил себя и составил представление, чем располагаю. Пистолет в кобуре, пристегнутой к правому бедру, на него рассчитывать нечего. Но можно дотянуться до переднего кармана на брюках -- там пакет первой медицинской помощи и патронташ для М-16. Боевой нож болтается в чехле, свисающем с плеча,-- вне пределов досягаемости. Да и на что он мне? Что можно сделать ножом всего восьми дюймов в длину одной левой рукой, которая к тому же сгибается только в локте, против многотонного чудовища? Великолепная перспектива! Если останусь жив, изобрету средство от рака и слетаю на Луну. Ужасающе громко засигналили наручные часы -- это вышли на связь мои ребята. Встряхнув кистью, выключил устройство: мешает сосредоточиться, а звуки могут привлечь внимание. К тому же мне не дотянуться до переключателя, чтобы сообщить им, где я, так что все равно бесполезно. Быстро обдумал свое положение, прикинул возможные варианты спасения; из шести вероятных способов выбрал самый рискованный -- помирать, так с музыкой! Но "каждый все-таки надеется дожить"! Стараясь не касаться паутины, левой рукой я пошарил в брючном кармане в поисках зажигалки. Вообще-то я не курю, но эти пустяковые штучки не раз выручали из самых разных ситуаций: прожечь веревки, запалить фитиль, послужить в чрезвычайных обстоятельствах источником света, да мало ли что еще. Ко всему прочему это не простая зажигалка, а специальный инструмент Бюро: отвернешь колпачок -- и через четыре секунды после нажатия на рычаг такой взрыв, что вам руку оторвет. Очень полезная вещь, чтобы отвлечь внимание противника, открыть замки или выдворить незваных гостей. Зажигалка входит в так называемый городской набор Бюро наряду с такими предметами, как видеокамера в банке с содовой, носовой платок -- он же противогаз, а также несравненная коллекция авторучек: разбрызгивают кислоту, выпускают крошечные сигнальные ракеты, служат телескопами и микроскопами, хранят двухминутный запас воздуха -- чего только они не делают... Однако все эти сокровища, достойные хладнокровного и безупречного Джеймса Бонда, остались в Нью-Йорке: зачем нам взрывающиеся ручки, если мы вооружились базуками и гранатами? Однако, отыскав зажигалку, я немного успокоился: если уж дело мое окажется совсем плохо, всегда можно воспользоваться ее специальными функциями и забрать Большое Насекомое с собой на тот свет -- не по нутру мне быть съеденным заживо. Где-то в темноте послышалось шуршание... Я собрал всю свою силу воли: поддаться сейчас панике равносильно самоубийству. Крепко зажав в пальцах зажигалку, поставил регулятор пламени на максимум и щелкнул. Вывернул руку до предела, нацелил огненный язычок на манжету своей форменной куртки и стал ее прожигать. Моя цель -- пуговица на манжете. Плотная ткань сопротивлялась моим усилиям, но нитки, которыми пришита пуговица, вспыхнули дружно, и через две секунды обгоревшая пуговица отпала. Прорезь в рукаве расширилась, и теперь я мог дотянуться до ножа. Боже, как мне сейчас необходим этот нож! Положил зажигалку в карман, вынул из чехла нож и принялся резать ткань куртки на плече. Острый как бритва нож хорошо делал свое дело, но мои неловкие движения не раз заставляли меня с благодарностью вспомнить о нательной броне. Искромсав куртку на мелкие клочки, я получил большую свободу действий, но все же недостаточную, и решил перерезать ремни, на которых держался рюкзак,-- все равно он прилип к паутине и никуда не денется. Так я и сделал и, выкрутившись из куртки, смог теперь сесть. Мне стало немного легче: теперь к паутине прилипала моя одежда, а не я сам. Пережег нити паутины, к которым прилипла моя правая рука; при этом здорово обжегся, но лечение подождет. Вытащив свой пистолет, я поцеловал его и отвинтил глушитель -- можно не соблюдать тишину. Кроме того, глушитель снижает скорость вылета пули, а мне сейчас понадобится вся мощность, на какую способен мой девятимиллиметровый. Вынул наполовину расстрелянную обойму, заменил ее новой -- смертоносным комплектом пуль "дум-дум" из мягкого свинца, стальных бронебойных и взрывчатых, с наконечниками из меркурия. Ваше здоровье, мистер Членистоногий! Я чуть не потерял темные очки, когда вытаскивал их из кармана куртки, но в последний момент подхватил. Вот это да! В них стало еще темнее -- вообще ничего не видно! Положил их в карман спортивной майки -- не потерять бы. 0'кей, магии здесь нет, обыкновенные монстру -- да я уложу их сразу дюжину. Согнувшись в три погибели, стал сжигать нити паутины, к которым прилипли мои штаны. План мой состоял в том, чтобы выбраться отсюда прежде возвращения в дом хозяина: в рюкзаке у меня веревка и снаряд гранатомета с крюком кошкой. Найти устойчивое положение -- и, если ствол шахты не превышает дальности выстрела, я спасен. Внезапно по паутине прошла дрожь. Я зорко огляделся: с западной стороны ко мне направляется паук. Жирное, круглое мохнатое тело покрыто тигровыми полосами; голова -- уродливое средоточие фасеточных глаз и щелкающих жвал. Я чуть не рассмеялся: столько волнений из-за безмозглого существа -- оно и размером-то не больше собаки, а в высоту в нем и четырех футов нет. Прицелился и от души угостил зверушку. Тяжелые пули градом посыпались на насекомое -- впечатление такое, словно по наковальне бьют здоровенной кувалдой; жирное тело корчилось в судорогах с каждым попаданием, однако из ран не показалось крови. Едва я кончил стрельбу, паук вновь начал ползти ко мне,-- судя по всему, живой и здоровый. Бросив пустую обойму, я перезарядил пистолет и выдал еще очередь -- результат тот же. Наручными часами передал команде сигнал срочного вызова, подождал немного, снова просигналил -- никакого ответа. Но мое передающее устройство работает -- ведь я получил их игнал. Ход моих рассуждений прервал паук, извергнувший в мою сторону мелочно-белую жидкость. Я пригнулся, над моей головой пронеслись нити накаливания. Но почему он выпускал их изо рта? Обычно пауки выбрасывают нити из другого места. Неотрывно следя за насекомым, я увидел, как его глаза увеличились в размерах и стали похожи на сверкающие блюдца. Вдруг, запинаясь, он проговорил что-то на неведомом языке. Проклятие! Это магия! Мерзкая тварь подстерегает меня или же обладает такой черной аурой, что даже я не заметил ее в темноте. Вот уж посмеюсь над этим наблюдением, когда выберусь из шахты, если не забуду. И если выберусь. Я ответил пауку по-английски, сначала с интонацией недоумения, потом посмелее и, наконец, приказным тоном -- пусть считает меня хозяином. Насекомое помолчало, потом задало какой-то вопрос. Я высокомерно и презрительно хмыкнул -- и, видимо, сделал ошибку: паук немедленно бросился в атаку. Огнем из пистолета я задержал его продвижение, но он все приближался ко мне. С таким же успехом можно сражаться против него одним ножом, тут и гранаты бессильны. Даже рассчитай я правильно бросок -- граната разорвется прямо под насекомым, не причинив ему ни малейшего вреда, а в худшем случае убьет заодно и меня. Нет, постойте, все не так! Зажав пистолет ногами, я стиснул бедра, чтобы не дать ему упасть, обеими руками содрал с себя рубашку и рукавом обвязал гранату посередине. Если случай подкидывает тебе "лимонки", надо сделать лимонад. Или, как говорят в Бюро, пусть на тебя работают твои же проблемы. Я еще раз уклонился от потока нитеобразных волокон, выброшенных пауком изо рта, и снова разрядил в насекомое полную обойму. Прежде чем оно опомнилось, раскрутил рубашку над головой и изо всех сил бросил ее в паука. Бросок получился славный -- граната описала полукруг, рубашка развевалась за ней будто маскировочная накидка. Как я и ожидал, граната провалилась в ячейку паутины, зато рубашка прилипла к клейким нитям. Дернувшись, граната зависла в каком-нибудь футе под паутиной... Качающаяся граната привлекла внимание паука, он остановился, теряя драгоценные секунды... Я закричал, как от боли, и расслабился. С инстинктами бороться трудно -- насекомое радостно бросилось к беспомощной жертве. Тут-то и сработал "билли --филли"... Взрывной волной меня отбросило назад, правой рукой я снова завяз в паутине. Усыпанный белым фосфором, охваченный пламенем паук издал тонкий, резкий вопль и ринулся на меня. Перебросив пистолет в левую руку, я выпустил всю обойму... Горящее насекомое, чуть не задев меня, с тошнотворным хрустом врезалось в стену. Беспомощно цепляясь за неровные выступы всеми восемью ногами, жуткий факел обмяк и упал на дно. В свете огня я увидел -- оно находилось примерно в десяти футах внизу, под ногами. Вот это дела! Паутина горит, надо спешить! Засунув пистолет в кобуру, я освободился с помощью зажигалки от последних нитей, на которых еще держался, и упал на дно, приземлившись на ноги. Вот так! В огненном кр