дет лучше, если вы подготовите соответствующие бумаги. Собственно говоря, меня интересует полный контроль над деятельностью компании в течении неопределенного срока, не превышающего пяти лет. Что же касается прибылей, то я сейчас не нуждаюсь в деньгах и вы можете их использовать для выплаты предоставленной суммы. Пэтч был явно не в восторге от этой схемы, но не имел оснований для возражений. Внезапно ему в голову пришла новая мысль, и он нервно потер лицо рукой. - Скажите, вы случайно не собираетесь продолжать дела с Кокором Хеккусом? - Раз уж вы спросили - да, собираюсь. Пэтч нервно облизал губы: - Позвольте мне сразу использовать мои 49 процентов голосов - решительно против. И если у вас в душе есть хоть два процента сомнений, голоса против должны перевесить безрассудные амбиции. Герсен улыбнулся: - 51 процент акций требуют попытаться вернуть деньги, незаконно исторгнутые Кокором Хеккусом из фондов компании. Пэтч опустил голову: - Так тому и быть. На темном небе ярко сиял Ригель. Герсен нашел Альфанор и показал его детям, просто кипевшим от возбуждения. Герсен с грустью наблюдал за ними. Он понимал, что как только они вернуться в прохладный старый дом на выжженных солнцем холмах Таубе, они сразу кинутся к матери и отцу; похищение, заточение, путешествие станут смутными воспоминаниями, Герсен будет забыт. Герсен задумался над причудами судьбы, превратившей его - горько признавать - в мономаньяка. Что, если по какому-то фантастическому стечению обстоятельств ему удастся отомстить всем пятерым Лордам Тьмы за бойню в Маунт-Плезант? Что ему делать дальше? Сможет ли он уйти от дел, осесть на земле, жениться, растить детей? Или роль Немезиды настолько вошла в его плоть и кровь, что он никогда не сможет слушать о злодеях, не испытывая потребности немедленно покарать их? И самое печальное, что эта потребность будет проистекать не из негодования или морального осуждения, а из простого рефлекса, бесстрастной реакции организма; и единственное удовлетворение, полученное им, будет сродни чисто физиологическому удовольствию почесать, где чешется. Как всегда, подобные рассуждения повергли Герсена в меланхолию, и в течение всего оставшегося путешествия он был еще резче и неприветливее, чем обычно. Дети смотрели на него с удивлением, но без страха, так как научились по крайней мере доверять ему. Они опустились на Альфаноре, в древнем космопорту Марквари, центра провинции Гарро. Отсюда Герсен позвонил Душану Аудмару. Его лицо на экране видеофона выглядело немного изможденным; Герсен подумал, что Аудмар был гораздо более обеспокоен похищением детей, чем признавал открыто. Он поинтересовался здоровьем детей и ответил на заверения Герсена коротким кивком головы. Поскольку между Марквари и Таубе не было воздушного сообщения, а звездолетам разрешалось приземляться только в космопортах, Герсен с детьми сел на грузопассажирский корабль, курсировавший вдоль побережья. Через сутки они доплыли до Таубе. Там Герсен вновь нанял древний аэрокар и направился вдоль длинного склона к дому Душана Аудмара. Дети выпрыгнули из аэрокара и кинулись сломя голову к матери, которая ожидала их на пороге дома. Лицо ее было искажено от усилий сдержать слезы. Герсен внезапно ощутил пустоту, так как он успел привязаться к детям. Он вошел в дом, и тут, чувствуя себя в безопасности, Даро и Викс подбежали, обняли и расцеловали его. Аудмар встретил его и проводил в тот же кабинет, где они беседовали в первый раз. Герсен начал отчет. - Кокору Хеккусу нужны десять миллиардов севов. Он надеется добыть эту сумму, вымогая по сто миллионов у ста самых богатых людей Ойкумены. Он собрал уже примерно треть суммы, и деньги все прибывают. Ему нужны эти деньги, чтобы выкупить девушку, которая, спасаясь от него, укрылась на Обменном Пункте, назначив выкуп в десять миллиардов севов. - Хм, - проворчал Аудмар. - Эта девушка должна быть исключительно привлекательна, если Кокор Хеккус оценивает ее в такую сумму. - Мне тоже так кажется - хотя любой объект, оцененный в такую сумму, должен быть привлекательным. Я хотел познакомиться с девушкой, но она, действуя как свой собственный спонсор, назначила за это цену в десять тысяч севов, вероятно, чтобы отшить любопытствующих, вроде меня. Душан Аудмар кивнул: - Эта информация может стоить, а может и не стоить ста миллионов, затраченных Институтом; мои дети вновь со мной; я, конечно, рад этому, но опасаюсь, что я позволил моим эмоциям взять верх над рассудком и скомпрометировал себя. Герсен ничего не ответил. Он и сам так считал. Однако Институту было некого винить, кроме себя - при желании они, безусловно, могли бы уничтожить Кокора Хеккуса. - Еще один интересный момент. Молодую леди зовут Алюз Ифигения Эперже-Токай, и она родом с Фамбера - по ее словам. - С Фамбера? - Аудмар наконец заинтересовался. - Это серьезное заявление или маскировка? - Я думаю, что она утверждает это вполне серьезно. - Интересно. Даже если это неправда. - Он искоса взглянул на Герсена. - Вы хотите сообщить мне еще что-нибудь? - Вы дали мне определенную сумму на расходы. Я использовал часть ее для целей, которые я счел подходящими - приобрел контрольный пакет акций Инженерной Компании Пэтча. Аудмар грациозно кивнул: - Конечно, это нужно было сделать. - Возможность представилась на Обменном Пункте. Майрон Пэтч был доставлен туда Кокором Хеккусом и оценен в 427.685 севов. Цифра заинтересовала меня, я провел расследование, и когда Пэтч заявил, что может вступить в контакт с Кокором Хеккусом, я выкупил его, используя партнерство, как обеспечение долга. Аудмар поднялся на ноги, подошел к двери и вернулся с подносом, уставленным стимулирующими напитками. - Я узнал, - продолжал Герсен, - что Майрон Пэтч строил механическое чудовище для Кокора Хеккуса - самоходный форт в форме сороконожки двадцати пяти метров длиной. Аудмар пригубил напиток, затем поднял бокал, любуясь розовыми и фиолетовыми отблесками. - Вам не следует отчитываться за эти деньги, - сказал он. - Они были уплачены за несколько единиц интересной информации, и в качестве случайного побочного эффекта вернули двух ребятишек домой. Аудмар допил свой напиток и со стуком поставил бокал на место. Герсен, поняв больше из того, что осталось невысказанным, чем из того, что он услышал, встал и ушел. Патрис, столица Объединенных Приходов Кумберленда, беспорядочно раскинулся по берегам дельты Кард-Ривер. Пригороды его тянулись на мили - до берегов озера Ок. В Старом Городе было множество строений, чей возраст перевалил за тысячу лет. Это были трех- или четырехэтажные дома из грубого черного кирпича, с узкими фасадами, узкими высокими окнами и высокими наклонными фронтонами. Выше по реке, в семисотлетнем Новом Городе, высились знаменитые Речные Арки - одиннадцать монументальных строений в форме усеченных треугольников, опирающихся на оба берега реки. В основании была вырезана стометровая арка, вершина возносилась на триста с лишним метров. Во всей Ойкумене не было ничего похожего на них. Все одиннадцать зданий были идентичны, отличаясь только цветом облицовки. Во всех зданиях в нижней, опорной части располагались магазины, студии, рестораны, в верхней части были квартиры городской элиты. Между арками Нового Города и черными кирпичными домами Старого располагался грязноватый заводской район, где находился завод Майрона Пэтча. Демонстрируя сложную смесь нерешительности, услужливости, гордости, обеспокоенности и уязвленной гордости, он подвел Герсена к главному входу в здание. Оно было побольше, чем ожидал Герсен - метров полтораста в длину и пятьдесят - в ширину. Пэтч был ужасно подавлен и разочарован тем, что в здании никого не оказалось. - Казалось бы, в тяжелую минуту человек может надеяться, что его служащие будут стараться изо всех сил поддерживать дело на ходу, образно говоря, даже попытаются выкупить своего хозяина. Больше сотни мужчин и женщин зарабатывали у меня на жизнь - и хоть бы один поинтересовался моей судьбой! - Вероятно, они были слишком заняты поисками новой работы, - предположил Герсен. - Может и так, но на мою благодарность они могут не рассчитывать, - отрезал Пэтч, распахивая тяжелую дверь. Они вошли в огромное помещение, и Пэтч указал на отгороженную часть помещения: - Зеуман Отуал настаивал на абсолютной секретности. Я использовал только самых доверенных людей, и даже их я по настоянию Отуала подверг гипнотической обработке, приказав забыть все, что они видели в цехе Б, стоит им из него выйти. Кроме того, - добавил он с заметным удовольствием - я внушил им, чтобы они работали с большим энтузиазмом, и не чувствовали ни голода, ни жажды, ни усталости во время работы. И я должен сказать, что никогда у меня не было таких замечательных рабочих. Я уже подумывал подвергнуть гипнообработке и всех остальных рабочих, когда меня похитили. Честно говоря, я тогда подумал, что столкнулся с громилами, нанятыми Гильдией Промышленных Рабочих. - Он провел Герсена мимо ряда прессов, станков, печей к высоким дверям, помеченным универсальным знаком "Вход воспрещен" - красным отпечатком ладони, и набрал код на цифровом замке. - Поскольку вы - мой партнер, то от вас у меня нет секретов. - Именно так, - согласился Герсен. Дверь скользнула в сторону, и они вошли в цех Б. Там высился самоходный форт. Герсен был поражен - привычка Пэтча к обтекаемым выражениям совершенно не подготовила его к жуткому виду конструкции. Голова была снабжена шестью щупальцами и воротником из длинных острых шипов. Вместо глаз была одна фасетчатая полоса; для приема пищи служила коническая пасть на верхушке головы, по бокам которой располагались две суставчатые руки. Туловище состояло из восемнадцати сегментов, каждый из которых был снабжен парой суставчатых ног, обтянутых желтоватой морщинистой кожей. Заканчивалось оно вздутием, похожим на вторую голову - с еще одним фасетчатым глазом и набором шипов. Туловище еще не было закончено и отливало металлическим блеском. - Ну, что вы об этом думаете? - озабоченно спросил Пэтч. - Весьма впечатляюще. Хотел бы я знать, зачем оно ему понадобилось. - Поглядите. - Пэтч взобрался на голову чудища, используя шипы в качестве лестницы, и исчез в открытой пасти. Герсен остался в комнате один на один с двадцатипятиметровой махиной. Она могла выплевывать яд из шипов, метать огонь из глаз, взмахом щупальца перерубить ствол дерева. Герсен поглядел по сторонам, затем ретировался в прихожую. Пэтч выглядел неплохим парнем, искренне признательным за освобождение, но зачем вводить его в искушение? Он встал так, чтобы с головы его не было видно, и стал ждать. Пэтч включил питание и чудовище начало оживать. Голова слегка вздрогнула, шипы приподнялись, щупальца щелкнули. Из отверстий по бокам головы раздался жуткий воющий вопль. Герсен вздрогнул. Вой затих и чудище двинулось вперед, поднимая и переставляя ноги чередующихся сегментов. Оно двигалось вперед и назад, легко, хотя и несколько неуклюже. Затем металлическая сороконожка остановилась и шагнула вбок - один шаг, два, три. Вдруг ноги на ближайшей стороне подломились и чудище рухнуло на бок, с грохотом ударившись о стену. Если бы Герсен остался стоять в цехе, его бы размазало по полу. Несчастный случай, разумеется - случайный сбой в работе машины, ошибка оператора... Из пасти выкарабкался бледный и вспотевший Пэтч. Герсен мог бы поклясться, что Пэтч искренне озабочен случившимся и ужасается при мысли о том, что он может увидеть. Пэтч спрыгнул на пол и стал заглядывать под корпус. - Герсен! Герсен! - Я здесь, - тихо сказал Герсен. Пэтч подпрыгнул, круто обернулся. Герсен подумал, что если облегчение, написанное на его лице, не было искренним, значит мир лишился великого актера. Пэтч возблагодарил бога, что Герсен уцелел. Фазирующий механизм левых ног отказал, хотя раньше с ним такого и не случалось. Впрочем, это не имеет большого значения - все равно конструкцию придется пустить на лом. Они вышли в основное помещение, и Пэтч запер дверь. - Завтра возьмусь за работу, - заявил Пэтч. - Не знаю, что сталось с моими прежними клиентами, но в прошлом они всегда были мной довольны, и я надеюсь, что мне удастся возобновить контакты. Герсен остановился, глядя на запертую дверь цеха Б. - Скажите, что именно в конструкции Кокор Хеккус счел абсолютно неприемлемым? Пэтч сухо ответил: - Действие ног. Он сказал, что оно не производит желаемого впечатления. Движение слишком жесткое и механическое, а ему нужно плавное и мягкое. Я указал ему на сложность и дороговизну требуемой системы. Я вообще сомневаюсь в том, что такой механизм можно создать, учитывая массу форта и крайне неровную местность, на которой ему предстоит действовать. - Я считаю, что Кокор Хеккус ограбил нас на полмиллиона севов. Я хочу получить эти деньги обратно. На лице Пэтча появилась печальная неуверенная улыбка: - Будет умнее с ним не связываться. Кто старое помянет - тому глаз вон. Народная мудрость, знаете ли. Нам не нужны такие клиенты. Идемте в мой кабинет, нужно просмотреть счета. - Нет, - отрезал Герсен. - Текущие дела я оставляю всецело на ваше усмотрение. Что же касается самоходного форта, то я твердо решил вернуть наши деньги. И мы можем это сделать безопасным и законным путем. - Как? - недоверчиво спросил Пэтч. - Мы должны модифицировать форт так, чтобы он удовлетворял требованиям Кокора Хеккуса. Потом мы продадим ему форт - за полную цену. - Возможно. Но существуют трудности. Ему может быть больше не нужен форт. Или у него нет денег. Или, скорее всего, мы не сможем модифицировать форт так, чтобы он был доволен. Герсен задумался. - Где-то я видел способ преодолеть эти трудности... На другом краю Ойкумены есть планета Ванелло, нечто вроде курорта для всего созвездия Скорпиона. На одном из тамошних религиозных фестивалей я видел платформу на длинном гибком стебле, на которой стояла жрица в наряде из цветочных лепестков. На другой такой платформе был стол с набором ритуальных предметов. Насколько я помню, там были книга, кубок и человеческий череп. Жрица исполняла обряды, пока стебли медленно сплетались. Я выяснил, что стебли состояли из нескольких десятков тонких трубок, наполненных магнитной жидкостью - железными опилками в машинном масле. Под действием магнитных полей эти трубки изгибались и сокращались с большой силой. Мне кажется, что эта система обеспечит необходимую плавность действия ног нашего монстра. Пэтч поскреб свой небольшой круглый подбородок. - Если вы точно все описали, я склонен согласиться. - Сперва мы должны найти Зеумана Отуала и узнать, нужен ли еще Кокору Хеккусу этот форт. Пэтч глубоко вздохнул, воздел было руки, но потом опустил их. - Так тому и быть. Хотя лично я предпочел бы иметь дело с гремучей змеей. Но когда Пэтч позвонил в отель, где имел обыкновение останавливаться Зеуман Отуал, ему сообщили, что мистера Отуала сейчас нет и дата его возвращения неизвестна. Пэтч воспринял эту новость с огромным облегчением. Только по настоянию Герсена он сообщил клерку свое имя и просьбу передать Зеуману Отуалу, чтобы он позвонил, как только появится. Лицо клерка исчезло с экрана, и Пэтч опять повеселел. - В конце концов, нам не нужны их грязные деньги, добытые самыми жуткими из мыслимых преступлений. Может, мы сможем продать этого монстра в качестве курьезной диковины, или даже смонтировать у него на спине сиденья и катать на нем любителей острых ощущений. Не бойтесь, Кирт Герсен! Ваши деньги в безопасности! - Мне не нужны деньги, - проворчал Герсен, - мне нужен Кокор Хеккус. Пэтч явно счел это признанием странных или извращенных наклонностей. - Для чего он вам нужен? - Я хочу убить его, - ответил Герсен и тут же пожалел о неуместной откровенности. 6 "Если Малагате-Горе может быть охарактеризован одним словом - "мрачный", а Говард Алан Трисанг - "непостижимый", то Ленс Ларк, Виоль Фальс и Кокор Хеккус могут претендовать на эпитет "фантастический". Кто из них превосходит двух других в "фантазии"? Это интересный вопрос, на который нет и не может быть ответа. Вспомните Дворец Любви Виоля Фалюша, монумент Ленса Ларка, невероятные и чудовищные преступления Кокора Хеккуса против человечества. Ясно, что подобные вещи невозможно сравнивать. Однако, можно указать, что Кокор Хеккус потряс воображение общества своим гротескным черным юмором. Давайте вспомним, что он сам говорил в своем знаменитом телефонном обращении к студентам Университета Сервантеса "Теория и практика террора": - ...чтобы добиться максимального эффекта, необходимо идентифицировать, усилить основные страхи, уже существующие в душе человека. Будет ошибкой полагать, что страх смерти - самый сильный из них. Я обнаружил дюжину других, сильнее разъедающих душу: - боязнь оказаться не в состоянии защитить своих близких; - боязнь утратить уважение окружающих; - боязнь шумных контактов; - боязнь быть напуганным. Моей целью является создание "кошмарного" ужаса и поддержание его в течение необходимого времени. Как известно, кошмары являются результатом деятельности подсознания, исследующего свои наиболее чувствительные области. Поэтому они могут служить оператору в качестве указателей. Когда чувствительная область обнаружена, задача оператора - приложить всю свою изобретательность к тому, чтобы найти средства подчеркнуть и драматизировать существующий страх, а затем усилить его в десятки раз. Если человек боится высоты, оператор доставит его к подножию крутого обрыва, привяжет тонкой и явно непрочной веревкой и начнет медленно поднимать вверх, не слишком далеко и не слишком близко к скале. Расстояние должно быть тщательно подобрано так, чтобы вызывать тщетные, но мучительные попытки дотянуться до поверхности. Подъемный механизм должен давать рывки и сбои. Чтобы усилить клаустрофобию, оператор поместит человека в глубокую яму и впихнет его головой вперед в узкий, опускающийся вниз и делающий резкие повороты туннель. После чего начнет засыпать яму, чтобы человеку пришлось ползти по туннелю вниз". ("Кокор Хеккус - машина смерти", IV глава монографии Карела Карфена "Лорды тьмы", Элусидариан Пресс, Нью-Вексфор, Алоизиус, Вега) Зеуман Отуал не появлялся в течение двух месяцев. За это время Пэтч вновь собрал своих служащих, возобновил контракты и деятельность инженерной Компании Пэтча с прежним размахом. Герсен взялся за модификацию самоходного форта - он связался с местным отделением УТКС [Универсальная техническая консультационная служба], упомянул ежегодный Обряд цветения на Ванелло, описал гибкие стебли, поддерживающие платформы и через пару минут получил целый портфель таблиц, графиков, чертежей и спецификаций. Он отнес все это к Пэтчу, который немедленно погрузился в них, механически качая головой и приговаривая "ага... ага... угу". После чего жалобно вздохнул: - Ну хорошо, мы потратим кучу денег, улучшим это нелепое чудо-юдо, и выясним, что оно не нужно ни Зеуману Отуалу, ни Кокору Хеккусу, вообще никому. Что тогда? - Подадим на них в суд, - предложил Герсен. Пэтч фыркнул и вновь погрузился в чертежи. Наконец он проворчал: - Ясно, что эту систему можно построить и она будет определенно более гибкой, чем прежняя. Однако разработка фазирующих узлов, сопряжение модуляторов, да и конструирование самих модуляторов - далеко за пределами моих возможностей... Тут метрах в ста выше по улице есть группа очень компетентных инженеров-кибернетиков, и я предлагаю нанять их для решения всех этих проблем. - Вам виднее. Прошло еще два месяца, а Зеуман Отуал так и не появился. Герсен заставил яростно протестовавшего Пэтча еще раз позвонить в отель, но Отуал не появлялся и там. Герсен начал ощущать беспокойство и стал прикидывать другие возможные пути для контакта с Кокором Хеккусом. Подумав, он решил, что форт обязательно должен содержать полезную информацию. Он отправился в архив, вытащил полный комплект спецификаций и чертежей форта и разложил их перед собой. Нигде не оказалось никаких прямых указаний на планету, для которой строился форт - механический монстр. Герсен начал снова просматривать бумаги, на этот раз - в поисках косвенной информации о загадочной планете, неизбежно содержащейся в техническом задании. Так, в нем не упоминалось оборудование для кондиционирования воздуха. Следовательно, атмосфера была стандартной или почти стандартной. В спецификациях был пункт, гласивший: "Машина должна с полным грузом преодолевать склоны крутизной до 40╠ со скоростью не меньше двадцати километров в час; легко и уверенно двигаться по пересеченной местности, например, по полю, покрытому камнями до двух метров в диаметре; преодолевать овраги и трещины до шести метров шириной". В другом пункте было записано: "Энергетические требования рассчитаны в предположении термодинамической эффективности не менее 75%, и стопроцентного запаса мощности". Герсен принялся за расчеты. Он знал массу форта, и мощность, необходимую для движения такой машины по сорокаградусному уклону со скоростью двадцать километров в час. Исходя из этого, он рассчитал силу тяжести на планете Икс, равную 0,84 стандартной. Это была полезная, но не очень определенная информация. Герсен снова погрузился в спецификации. Они были исключительно жесткими и содержали четырнадцать цветных рисунков, показывающих форт с разных сторон. Монстр должен был быть окрашен в черный, темно-коричневый, розовый и бело-голубой цвета, причем для красок были даны подробнейшие спецификации, содержащие спектральные зависимости коэффициента отражения. Не была оговорена только одна деталь - характеристики падающего света. Герсен вызвал инженера, ведавшего окраской форта, и потребовал принести образцы красочных покрытий. Пока он их ждал, ему пришла в голову еще одна идея. Спецификации были настолько точны, что, вероятно, были составлены с целью добиться сходства с реально существующим животным - такая тварь была бы действительно ужасающей, но это прекрасно согласовывалось с философией Кокора Хеккуса. Он подготовил запрос с детальным описанием чудища и отправил его в УТКС. Через двенадцать минут он получил ответ, в котором указывалось, что в стандартных справочниках, энциклопедиях и монографиях нет животного, обладающего полным набором указанных признаков. На многих планетах обитали существа, обладающие отдельными сходными чертами - но это и так было общеизвестно. Например, на планете Идора обитал членистый водяной червь десятиметровой длины, на Земле жило множество мелких сороконожек, на Крокиноле обитал мерзкий крышеед. Как ни странно, отмечалось в ответе, удивительно подходящее описание содержалось в старой детской книжке "Легенды Фамбера". Герсен вздрогнул и впился глазами в бумагу. Текст легенды гласил: "Сжимаясь и разжимаясь, изгибаясь и разгибаясь, подкрадываясь и подтягиваясь, оно спускалось с горы! Кровожадное и кошмарное чудище на тридцати шести гибких ногах, длиннее, чем дюжина тел его бездыханных жертв! - Теперь мы пропали! - вскричала принцесса Созанелла. - Либо нас сожрет чудовище, либо схватят мерзкие таддо-тролли! - Не теряй надежды! - прошептал Дантинет. - Ибо это - исконный враг троллей! Гляди, оно отворачивает свой черный лик от нас, дабы взглянуть на Тадо! Оно поворачивается, показывая нам свое брюхо цвета голубой гнили! Тролли визжат и верещат, но слишком поздно! Чудище хватает их и запихивает себе в пасть. Теперь мы должны поспешить прочь через пещеры и пустыни, ибо ныне Ужас послужил во благо!" Герсен медленно отложил бумагу. Фамбер! Новое упоминание о мифической планете. Ксавер Макинелло, инженер, руководивший окраской форта, принес образцы красочных покрытий. Герсен нетерпеливо разложил их перед собой, рядом с набросками форта. Между ними была очевидная разница. Макинелло с озабоченным видом склонился над столом. - Тут не может быть никакой ошибки! Я строго следовал спецификациям! Герсен внимательно рассмотрел образцы. - Если это действительно так, то при каком освещении образцы красок будут выглядеть так же, как на рисунке? Макинелло задумался. - Цвета образцов выглядят явно холоднее, чем на рисунке. Давайте пройдем в лабораторию. В лаборатории Макинелло установил образцы в колорметр. - Вас интересует стандартная освещенность? - Меня интересует тип звезды. Я полагаю, что это то же самое? - Немного другое - из-за различий в звездных атмосферах. Но я могу легко пересчитать результат к стандартной звездной последовательности. Давайте начнем с 4000╠. - Макинелло покрутил верньер, щелкнул переключателем и поглядел в компаратор. - Неплохо. - Он подкрутил верньер. - Вот оно: 4350╠. Можете сами убедиться. Герсен взглянул в окошко компаратора. Образцы красок теперь выглядели в точности так же, как цвета на рисунке. - Цветовая температура 4350╠. Соответствует звезде класса К? - Сейчас уточню. - Макинелло заглянул в справочник. - Класс G-8. Собрав наброски и образцы, Герсен вернулся к себе в комнату. Факты понемногу накапливались. Неизвестная планета вращалась вокруг звезды класса G-8 и сила тяготения на ней составляла 0,84. И подозрительно часто появлялись ссылки на легендарную планету Фамбер... Герсен позвонил в УТКС и заказал сводку упоминаний - исторических, гипотетических, фантастических, маразматических, всяческих - о местоположении потерянной планеты Фамбер. Через полчаса он получил папку с несколькими десятками выдержек. Интересных среди них почти не было, наиболее подробные сведения содержались в общеизвестной детской считалке: Если Сириус в путь тебя провожал, И к норду ты Ахернар держал, Прямо по звездному краю лети, И Фамбер засияет тебе впереди. Информация, содержащаяся в первых двух строчках, могла быть использована, но от третьей и четвертой не было никакого прока. Изучение форта тоже не могло принести ничего больше. Герсен решил, что зашел в тупик. Где-то в пространстве был мир, на котором Кокор Хеккус хотел использовать металлического монстра. Этот мир мог быть родиной Алюз Ифигении Эперже-Токай, оценившей себя в десять миллиардов севов. Этот мир мог быть мифическим Фамбером. Но способа установить это не было. В дверях появился Майрон Пэтч. На его круглом лице застыло напряженное и обвиняющее выражение. Пэтч минуту глядел на Герсена, потом похоронным голосом объявил: - Прибыл Зеуман Отуал. 7 "Эволюция человечества никогда не протекала гладко и равномерно, но всегда была циклическим процессом, который при детальном историческом рассмотрении кажется почти конвульсивным. Племена смешивались и сливались, образуя нации и расы, а затем приходили времена миграции, изоляции и образования новых племен. В течение тысячелетия расселения человека в космосе доминировал именно этот последний процесс. Изоляция, специфические условия, инбридинг создали десятки новых расовых типов. Но теперь Ойкумена достигла стационарного состояния, оживились связи и обмен между планетами и, похоже, маятник качнулся в обратную сторону. Не только в Ойкумене! Всегда есть люди, которые рвутся вперед, в неизведанную глушь. Никогда изоляция не была так легка, никогда личная свобода не доставалась так дешево! Хорошо ли это? Все полагают, что да. Ойкумена, возможно, будет вынуждена расширяться. Могут возникнуть другие Ойкумены. Человечество может столкнуться с владениями другой расы, поскольку в избытке существуют данные о том, что иные существа странствовали по звездам задолго до нас, и никто не знает, куда и почему они исчезли". (Из введения к книге "Краткая история Ойкумены" Альбета Б. Холла) - Куда прибыл Зеуман Отуал? - спросил Герсен. - В мастерские? - Нет, в Патрис. Он интересовался, почему я оставил ему записку. - Выражение лица Пэтча стало еще более обвиняющим. - Я не знал, что сказать ему... - Унизительно разговаривать вежливо с человеком, который тебя ограбил... - Что вы ему сказали? Пэтч беспомощно развел руками. - А что я мог сказать, кроме правды? Что мы разработали способ усовершенствовать форт. - Мы? - Разумеется, я имел в виду инженерную компанию Пэтча. - Он заинтересовался? Пэтч мрачно кивнул. - Он заявил, что у него новые указания от его хозяев. Скоро он будет здесь. Герсен задумался. Зеуман Отуал мог быть, а мог и не быть одной из многочисленных личин Кокора Хеккуса; Кокор Хеккус мог знать, а мог и не знать, что именно Герсен побывал в Скузе. Он поднялся на ноги. - Когда появится Зеуман Отуал, примете его в своем офисе. Меня представите как Говарда Уолла, начальника цеха или главного инженера - на ваше усмотрение. Не удивляйтесь ничему, что я скажу, и никаким изменениям в моей внешности. Пэтч напряженно кивнул, повернулся и ушел. Герсен отправился в главную душевую комнату, где был богатый выбор тонировок для кожи. Он выбрал экзотическую двойную комбинацию - пурпурно-каштановый цвет с зеленоватым оттенком, расчесал волосы на прямой пробор и опустил их на щеки, как было принято у Белых Локонов. У него не было смены одежды, чтобы завершить маскировку, поэтому он одел белый лабораторный халат. Подумав, он решил, что этого мало и добавил еще пару филигранных золотых сережек и золотой наносник, которые забыл в ванной один из самых крутых заводских модников. Теперь он был так разряжен, что не узнал себя, взглянув в зеркало. Он прошел по коридору к офису Пэтча; секретарша изумленно взглянула на него, но Герсен молча прошел мимо нее в кабинет. Увидев его, Пэтч быстро спрятал оружие, которое рассматривал, встал и важно спросил: - Слушаю вас, сэр. Что вам угодно? - Меня зовут Говард Уолл, - ответил Герсен. - Говард Уолл? - Пэтч задумчиво нахмурился. - Я вас знаю? Ваше имя кажется мне знакомым. - Естественно, - раздраженно заметил Герсен. - Я называл его вам десять минут назад. - Ох, Герсен, это вы? Ну и ну! - Пэтч откашлялся и уселся на место. - Здорово вы меня провели, но к чему все эти регалии? - Для Зеумана Отуала. Он меня не знает, и я хочу, чтоб и не узнал. Лицо Пэтча помрачнело. - Мне неприятно иметь дела с преступниками, это бросит тень на доброе имя моей фирмы - а это самое дорогое, что у меня есть. Герсен воздержался от напрашивавшегося ответа. - Не забудьте, - меня зовут Говард Уолл, главный инженер. - Как вам будет угодно, - с достоинством ответил Пэтч. Через пять минут секретарша объявила, что пришел Зеуман Отуал. Герсен подошел к двери, открыл ее и Зеуман Отуал быстро вошел в кабинет. У него была поразительная двухцветная, черная и темно-коричневая тонировка лица; длинный крючковатый нос, вытянутая нижняя челюсть и острый подбородок; он носил высокие заостренные ушные раковины из гагата и перламутра, придававшие чертам лица вид выпирающих костей. Герсен попытался сравнить его с человеком, которого он видел в Скузе. Было ли между ними сходство? Определенно. Отуал был сложен так же, но типы лица резко отличались. Герсен слышал рассказы о пластичной плоти, но здесь было нечто большее, чем набитые щеки или удлиненный нос. Зеуман Отуал испытующе поглядел на Герсена, а затем на Пэтча, который неуверенно поднялся на ноги и пробормотал. - Знакомьтесь. Говард Уолл, мой главный инженер. Отуал вежливо кивнул. - Похоже, ваше предприятие расширяется. - Я был вынужден нанять его, - проворчал Пэтч. - Кто-то же должен был руководить делом, пока меня не было - из-за вас! Отуал небрежно махнул рукой. - Вам следует забыть об этом инциденте. У моего нанимателя есть свои причуды: его никаким образом нельзя назвать скупым - он лишь хочет получить товар, соответствующий щедрому вознаграждению. Мистер Уолл знает, кого я представляю? - Безусловно. И он понимает необходимость секретности. Герсен кивнул, подтверждая слова Пэтча. Зеуман Отуал слегка пожал плечами. - Очень хорошо, мистер Пэтч. Я согласен с вами. Что теперь? Пэтч ткнул пальцем в сторону Герсена и заявил с тяжеловесной иронией: - Мистер Уолл понимает природу наших прежних трудностей и имеет несколько новых идей. Казалось, Отуал не заметил мрачного тона Пэтча. - Я с удовольствием их выслушаю. - Сначала я хотел бы выяснить, заинтересовано ли по-прежнему лицо, которое вы представляете, в устройстве, описанном в первоначальном контракте? - поинтересовался Герсен. Отуал пожал плечами. - Вероятно, да, если наши требования выполнены. Мой хозяин был недоволен неуклюжими движениями первой модели. Ноги двигались скованно и угловато, как ножницы. - Это была единственная трудность? - уточнил Герсен. - Безусловно, это была главная трудность. Мы предполагаем, что объект был построен в соответствии с высокими стандартными качествами, свойственными инженерной компании Пэтча. - Разумеется! - заявил Пэтч. - Тогда трудностей больше нет, - сказал Герсен. - Мы с мистером Пэтчем сконструировали систему, с помощью которой может быть запрограммировано и исполнено любое мыслимое движение ног. - Если это действительно так, и если эта система отвечает нашим требованиям и надежности, то это хорошая новость. - Давайте лучше обсудим вопрос о сумме компенсации, - предложил Герсен. - Я, разумеется, говорю от имени мистера Пэтча. Он хотел бы получить полную сумму по первоначальному контракту плюс стоимость модификации с учетом нормальной прибыли. Отуал на минуту задумался. - Минус уже выплаченные суммы, конечно. 427.685 севов, если я не ошибаюсь. Пэтч что-то возмущенно забормотал, брызгая слюной. Отуал брезгливо усмехнулся. - Ожидаются дополнительные расходы, - сухо добавил Герсен. - На сумму 427.685 севов. Они должны быть включены в общую сумму контракта. Отуал начал протестовать, но Герсен предостерегающе поднял руку. - Мы не собираемся это обсуждать. Мы готовы достроить механизм, но мы настаиваем на оплате согласно нашим условиям. Разумеется, если ваш хозяин пожелает лично провести переговоры, мы будем рады его выслушать. Отуал холодно рассмеялся: - В этом нет необходимости. Я согласен. Мой хозяин заинтересован в скорейшем исполнении заказа. - Тем не менее, не в обиду вам будь сказано, мы предпочли бы иметь дело с вашим хозяином во избежание возможных недоразумений. - Это исключено. Он чрезвычайно занят в другом месте. Но к чему беспокоиться? Я обладаю всеми полномочиями для подписания контракта. Пэтч беспокойно задвигался; его прерогативы были беззастенчиво узурпированы так называемым партнером, единственный вклад которого в инженерную компанию Пэтча заключался в выкупе, внесенном на Обменном Пункте. Герсен пытался одновременно следить за Пэтчем и Отуалом, поскольку от обоих можно было ждать неприятностей. - Хорошо, мы согласны, - сказал он Отуалу. - Сейчас мы ожидаем очередного платежа - примерно на полмиллиона севов. - Исключено, - отрезал Отуал. - Мой хозяин сейчас вовлечен в предприятие, требующее полной концентрации всех его ресурсов. Пэтч начал закипать: - Вы мне заплатите, вы... Герсен торопливо заговорил: - Допустим, что механизм закончен и готов к отправке. Как мы можем быть уверены в том, что получим свои деньги? - Я даю вам свое слово, - заявил Отуал. - Ба! - проворчал Пэтч. - Этого мало. Вы уже раз обманули меня, обманете и в другой раз, если представится случай. Отуал с видом оскорбленной невинности повернулся к Герсену. - Если мы, смешно сказать, не выполним своих обязательств, то вам следует лишь задержать отправку. Это очень просто. - И что мы по-вашему будем делать с самоходным фортом на тридцати шести ногах? - язвительно осведомился Герсен. - Нет. Мы настаиваем на выплате одной трети немедленно, одной трети - после испытаний и последней трети - после доставки. - Они должны оплатить простои и убытки, - пробормотал Пэтч. - Десяти тысяч мало. - Я требую, сто... нет, двести тысяч. Мои неудобства, мое похищение... Пререкания продолжались. Отуал потребовал детально описать новый привод для ног форта; Герсен уклончиво отвечал, тщательно подбирая слова: - Мы использовали гибкие сочленения, строго соответствующие спецификациям. Они приводятся в действие гидравлическим приводом специальной конструкции с электронным управлением, обеспечивающим абсолютную гибкость. Отуал наконец сдался: - Мы могли бы передать заказ другой фирме - но жаль потерянного времени. Когда вы можете гарантировать доставку? В контракте следует обязательно предусмотреть штраф за срыв сроков. Вновь разгорелся спор, Пэтч вскочил и перегнулся через стол, потрясая кулаком под носом у Отуала, который брезгливо откинулся в кресле. Наконец сделка была заключена. Отуал пожелал осмотреть наполовину законченный форт, и Пэтч, ворча, повел его в цех. Герсен шел сзади, изучая фигуру Отуала. Широкие плечи, узкие бедра, легкая уверенная поступь пантеры, - все это очень напоминало Билли Уиндла, но в равной степени это напоминало и великое множество других мускулистых и энергичных людей. Отуал был удивлен, увидев, что техники уже приступили к работе. Мрачно улыбаясь, он обернулся к Герсену: - Вы ожидали, что я соглашусь? - Конечно, - только после того, как выторгуете все, что можно. Отуал рассмеялся: - Точная оценка ситуации. Вы умный человек, мистер Уолл. Вы когда-нибудь бывали в Глуши? - Никогда. Я ортодоксален и не люблю приключений. - Странно, - задумчиво заметил Зеуман Отуал. - Тех, кто работал в Глуши, окружает некая почти неуловимая атмосфера. Мне казалось, что я ощущаю ее вокруг вас. По-видимому, я ошибся. - Он обернулся к форту. - Ну что же, все выглядит неплохо, осталось только установить наружное покрытие. - Не могли бы вы удовлетворить наше любопытство и объяснить, какова его конечная цель? - С удовольствием. Мой хозяин проводит много времени на отдаленной планете, населенной дикарями. Путешествуя по планете, он подвергся грубым оскорблениям. Он хочет безопасности, которую и должен обеспечить форт