дится в Тронхейме. В настоящее время величайшим событием на море будет уничтожение или хотя бы повреждение этого корабля. Никакой другой объект нельзя сравнить с ним". * * * В порядке осуществления своей политики обороны Гитлер решил отозвать в отечественные порты линейные крейсера "Шарнхорст" и "Гнейзенау", которые в течение почти года подвергались блокаде в Бресте и в то же время представляли собой серьезную угрозу для наших океанских конвоев. * * * Ночью 11 февраля два линейных крейсера вместе с крейсером "Принц Евгений" выскользнули из Бреста, Утро 12 февраля было туманным, и, когда были замечены корабли противника, радар на наших патрулирующих самолетах отказал. Наш береговой радар также не обнаружил их. В то время мы считали это злополучной случайностью. После окончания войны мы узнали, что начальник германской радарной службы генерал Мартини располагал тщательно разработанным планом. С помощью дополнительного нового оборудования Германия усилила искусственные помехи в эфире, которые раньше были довольно неэффективными. Но для того чтобы не вызвать подозрений в знаменательный день, новые установки по созданию помех в эфире начинали работать постепенно, так что с каждым днем помехи становились лишь немного сильнее. Поэтому у наших техников не было оснований для особых жалоб, и никто не подозревал, что происходит нечто неожиданное. Однако к 12 февраля помехи стали такими сильными, что наш радар, использовавшийся для наблюдения за морем, стал фактически бесполезным. Морское министерство получило известие только в 11 часов 25 минут утра. К тому времени ускользавшие крейсера и сопровождавшие их мощные воздушные силы и эсминцы находились на расстоянии 20 миль от Булони. Вскоре после полудня тяжелые орудия дуврских батарей открыли огонь, и в море немедленно вышел первый боевой отряд в составе пяти торпедных катеров, который предпринял атаку. Шесть самолетов-торпедоносцев "суордфиш" вылетели из Мэнстона (графство Кент) под командованием капитан-лейтенанта Эсмонда. Самолеты "суордфиш", которые подверглись яростному нападению вражеских истребителей, сбросили свои торпеды на противника, но это дорого обошлось им. Ни один из них не вернулся, и было спасено только пять человек. Эсмонд был посмертно награжден орденом Крест Виктории. Бомбардировщики и бомбардировщики-торпедоносцы последовательными волнами атаковали противника до наступления вечера. С германскими истребителями завязывались многочисленные ожесточенные и беспорядочные бои, в ходе которых мы несли более тяжелые потери, чем противник, обладавший численным превосходством. Когда примерно в 3 часа 30 минут дня германские крейсера находились вблизи голландского побережья, пять эсминцев, вышедших из Гарвича, предприняли атаку и, действуя под мощным огнем неприятеля, выпустили свои торпеды на расстоянии приблизительно трех тысяч ярдов. Тем не менее германская эскадра, которая не понесла ущерба ни от Дуврских батарей, ни от торпедных атак, продолжала следовать по своему курсу, и к утру 13 февраля все германские корабли прибыли к отечественным берегам. Известие об этом поразило английскую общественность, которая не могла понять то, что, естественно, казалось ей доказательством германского господства в Ла-Манше. Вскоре, однако, мы обнаружили при помощи нашей разведки, что как "Шарнхорст", так и "Гнейзенау" оказались жертвами наших мин, установленных самолетами. "Шарнхорст" смог вступить в строй только через шесть месяцев, а "Гнейзенау" так и не появлялся до конца войны. Тем временем на Атлантическом побережье Соединенных Штатов продолжался разгром. Командир одной германской подводной лодки сообщил Деницу, что в десять раз большее число подводных лодок могло бы найти достаточно объектов. Подводные лодки днем лежали на дне, а ночью развивали свою высокую надводную скорость и выбирали наиболее выгодную добычу. Они заявляли, что почти каждая их торпеда поражала свою жертву, а когда запас торпед иссякал, орудийный огонь был почти столь же эффективным. В города Атлантического побережья, где в течение некоторого времени линия берега была полностью освещена, по ночам доносились звуки боя, происходившего вблизи побережья; было видно, как невдалеке от берега горели и тонули суда и принимались меры по спасению оставшихся в живых и раненых. У нас в Лондоне эти неудачи вызывали чувство обеспокоенности и горечи. 10 февраля мы по своей инициативе предложили американскому военно-морскому флоту 24 наших тральщика, оснащенных наилучшим образом для действий против подводных лодок, и 10 корветов с их обученными экипажами. Наш союзник приветствовал это предложение, и первые суда прибыли в Нью-Йорк в начале марта. Их было немного, но это был максимум того, что мы могли уделить. В марте наибольшая активность отмечалась в районе между Чарлстоном и Нью-Йорком, в то время как единичные подводные лодки рыскали в Карибском море и Мексиканском заливе с такой свободой действий и наглостью, что это трудно было вынести. В течение этого месяца были потоплены суда общим тоннажем почти в полмиллиона тонн; три четверти из этого количества были потоплены на расстоянии 300 миль от американского побережья, и почти половину из них составили танкеры. Премьер-министр -- Гарри Гопкинсу 12 марта 1942 года "1. Меня чрезвычайно беспокоит потопление колоссального количества танкеров западнее 40-го меридиана и в Карибском море. В январе было потоплено или повреждено 18 судов общей грузоподъемностью 221 тысяча тонн; в феврале это число потопленных судов увеличилось до 34 грузоподъемностью 364 941 тонна; за первые 11 дней марта было потоплено 7 судов общей грузоподъемностью 88 449 тонн. Сообщают, что за один вчерашний день были потоплены или повреждены суда грузоподъемностью 30 тысяч тонн. Таким образом, в одних этих водах в течение немногим более двух месяцев было потоплено или повреждено около 60 танкеров общей грузоподъемностью около 675 тысяч тонн. Кроме того, несколько других танкеров также не вернулись к назначенному сроку... 3. Положение столь серьезно, что требуются какие-то решительные действия, и мы надеемся, что Вы сможете обеспечить дополнительные эскортные силы для немедленной организации конвоев в районе Вест-Индия, Бермудские острова, отозвав несколько своих эсминцев из Тихого океана, до тех пор, пока 10 корветов, которые мы передаем Вам, не начнут действовать". * * * Озабоченный президент после консультаций со своими адмиралами по этому вопросу и по общему положению на море дал пространный ответ на мою телеграмму. Он приветствовал прибытие тральщиков и корветов. Он предложил различные методы экономии трансатлантических эскортов, включая сокращение цикла конвоев до 1 июля: к этому времени должно было полностью развернуться все возрастающее строительство небольших эскортных судов и самолетов в Америке. Март закончился для нас блестящим и героическим подвигом в Сен-Назере. Это было единственное место на всем Атлантическом побережье, где можно было поставить в док для ремонта "Тирпиц", если корабль был поврежден. Если бы можно было уничтожить этот один из величайших доков в мире, то выход "Тирпица" из Тронхейма в Атлантику стал бы значительно более опасным, и, может быть, сочли бы, что этого вообще не стоит предпринимать. Наши десантные отряды были готовы ринуться в драку, а здесь предстояло совершать славный подвиг, непосредственно связанный с высшими стратегическими соображениями. Днем 26 марта из Фальмута вышла экспедиция в составе эсминцев и легких береговых судов под командованием капитана 3 ранга английского военно-морского флота Райдера, в которой принимал участие полковник Ньюмен из Эссекского полка. На судах находилось около 250 человек, составлявших десантные отряды. Им пришлось пройти 400 миль по водам, находившимся под постоянным наблюдением патрулей противника, и 5 миль по устью Луары. Цель заключалась в уничтожении ворот большого шлюза. "Кэмпбелтаун", один из 50 старых американских эсминцев, в носовой части которого находилось три тонны сильновзрывчатых веществ, вошел в ворота дока под убийственным огнем, который велся на близком расстоянии. Здесь его подорвали, а взрыватели главных подрывных зарядов были установлены так, чтобы они взорвались позднее. Его привел сюда капитан-лейтенант Битти. Десантный отряд под командованием майора Копленда, находившийся на борту этого эсминца, высадился на берег, чтобы уничтожить оборудование дока. Их встретили немцы, которых было значительно больше. Завязался яростный бой. Все в десантном отряде, кроме пятерых, были убиты или захвачены в плен. Судно капитана 3 ранга Райдера, хотя оно и было подожжено со всех сторон, непостижимым образом оставалось на плаву, и он с остатками своего отряда прорвался в открытое море и благополучно вернулся домой. Однако большой взрыв еще предстоял. Со взрывателем что-то случилось, и лишь на другой день, когда большой отряд немецких офицеров и специалистов осматривал разрушенный "Кэмпбелтаун", зажатый в воротах шлюза, судно взорвалось с потрясающей силой; сотни немцев были убиты, а большой шлюз был выведен из строя до конца войны. Немцы обращались с уважением с пленными, четверо из которых имели Крест Виктории, однако храбрые французы, которые немедленно бросились со всех сторон на помощь отряду в надежде на то, что это головной отряд освободительной армии, понесли жестокое наказание. * * * Наконец 1 апреля американский военно-морской флот смог начать частично осуществлять систему конвоев. Сначала это были лишь дневные рейсы на расстояние около 120 миль между двумя защищенными якорными стоянками, и они осуществлялись группой эскортируемых судов. Ночью все судоходство прекращалось. Ежедневно нужно было обеспечивать прикрытие примерно для 120 судов между Флоридой и Нью-Йорком. Последовавшие задержки были новым несчастьем. Лишь 14 мая первый полностью организованный конвой вышел из Хэмптон-Родс в Ки-Уэст. Затем эта система была быстро распространена в северном направлении до Нью-Йорка и Галифакса, и к концу месяца наконец была создана замкнутая цепь конвоирования вдоль восточного побережья из Ки-Уэста в северном направлении. Результаты сказались мгновенно, и потери судов уменьшились. Адмирал Дениц сразу же перенес основные атаки в Карибское море и Мексиканский залив, где еще не было системы конвоев. Здесь количество потопленных танкеров резко увеличилось. Расширяя радиус своих действий, - германские подводные лодки начали появляться у побережья Бразилии и на реке Святого Лаврентия. Лишь к концу года была осуществлена полная и непрерывная система конвоев, которая охватывала все эти колоссальные районы. Однако в июне отмечалось улучшение положения, а последние дни июля можно рассматривать как период прекращения ужасного истребления судов вдоль американского побережья. В течение этого семимесячного периода потери союзников в Атлантическом океане в результате только действий подводных лодок составляли более 3 миллионов тонн, включая 181 английское судно тоннажем 1 130 тысяч тонн. Потери, понесенные конвоями, составляли менее одной десятой части всей этой цифры. Вплоть до июля все это стоило противнику не более 14 подводных лодок, потопленных в Атлантическом и Ледовитом океанах; только 6 из них были потоплены в североамериканских водах. После этого мы вернули себе инициативу в этом районе. Только в июле вблизи Атлантического побережья было потоплено 5 подводных лодок, а в других районах было потоплено еще 6 немецких и 3 итальянские подводные лодки. Нас подбодрило потопление этих 14 подводных лодок в течение одного месяца; половина из них была потоплена эскортными кораблями. Это были лучшие успехи, достигнутые до того времени. Но даже в этом случае число новых подводных лодок, каждый месяц вступавших в строй, все еще превышало число подводных лодок, потопленных нами. Более того, адмирал Дениц переводил свои подводные лодки из всех тех районов, где контрмеры, предпринимаемые союзниками, начинали приносить результаты. Поскольку он располагал широкими морскими просторами, он всегда мог рассчитывать на безопасные действия в течение непродолжительного периода в новом районе, прежде чем мы настигали его там. Уже в мае сравнительная свобода нашего трансатлантического судоходства была нарушена в результате нападения на конвой в районе приблизительно 700 миль западнее Ирландии, причем погибло 7 судов. За этим последовало нападение в районе Гибралтара и повторное появление подводных лодок вблизи Фритауна. Гитлер снова пришел нам на помощь, настояв на том, что должна быть группа подводных лодок, готовая отразить попытки союзников занять Азорские острова или Мадейру. Как известно читателю, его мысли в этом направлении не были лишены основания, но мало вероятно, чтобы одни подводные лодки могли осуществить какое-либо решающее вмешательство, если бы мы решились на такой удар. Дениц сожалел по поводу того, что его излюбленным подводным лодкам поставлены эти новые задачи, что совпало с окончанием спокойных для него дней у американского побережья и с периодом, когда он собирал свои силы для того, чтобы возобновить нападения на главные пути конвоев. Худшим злом для нас были атаки подводных лодок. Немцам стоило бы все поставить на эту карту. Я помню, как мой отец говорил: "Если в политике ты ухватишься за что-нибудь хорошее, то держись за это". Это также важный стратегический принцип. Подобно тому, как Геринг в 1940 году во время битвы за Англию постоянно менял объекты своих воздушных нападений, так и теперь подводная война была до некоторой степени ослаблена ради других привлекательных действий. Тем не менее она была ужасным фактором в весьма трудные для нас времена. * * * Здесь следует вспомнить ход событий в других районах и вкратце проследить за развитием битвы в Атлантике до конца 1942 года. В августе немецкие подводные лодки обратили свое внимание на район у Тринидада и на северное побережье Бразилии, где суда доставляли бокситы в США для авиационной промышленности и где поток судов, выходящих с товарами для Среднего Востока, представлял собой наиболее привлекательный объект. Другие блуждающие подводные лодки действовали вблизи Фритауна; радиус действия некоторых из них в южном направлении достигал мыса Доброй Надежды, а несколько подводных лодок даже проникло в Индийский океан. В течение некоторого времени нас беспокоило положение в южной части Атлантики. В сентябре и октябре здесь были потоплены 5 больших пароходов, возвращавшихся в отечественные порты самостоятельно, но все наши транспорты с войсками, шедшие на Средний Восток в конвоях, не понесли никакого ущерба. Среди больших потопленных судов была "Лакония", тоннажем почти 20 тысяч тонн, на которой находилось 2 тысячи итальянских военнопленных, направлявшихся в Англию. Многие из них утонули. К этому времени главная битва снова разгорелась на главных коммуникациях конвоев в Северной Атлантике. Подводные лодки уже научились считаться с воздушной мощью, и свой новый натиск они осуществляли почти исключительно в центральном районе, за пределами радиуса действия авиации, базировавшейся в Исландии и на Ньюфаундленде. В августе двум конвоям был причинен большой ущерб, причем один из них потерял 11 судов; в течение этого месяца подводные лодки потопили 108 судов тоннажем более 0, 5 миллиона тонн. В сентябре и октябре немцы вернулись к своей прежней практике дневных нападений в погруженном состоянии. Поскольку теперь они действовали целыми "стаями", нельзя было при наших ограниченных ресурсах предотвратить крупные потери конвоев. Теперь мы особенно остро почувствовали отсутствие достаточного количества самолетов дальнего радиуса действия в морской авиации берегового базирования. Воздушное прикрытие простиралось все еще не более чем на 600 миль от наших береговых баз; на приложенной карте Атлантического океана, на которой отмечены эти зоны, показан большой неохранявшийся район в центре, где надводные эскортные суда, подвергавшиеся тяжелым испытаниям, не могли получить никакой поддержки с воздуха. * * * Первые месяцы 1942 года были трудным периодом для нашей морской авиации берегового базирования. Настоятельные требования подкреплений для Дальнего Востока и района Средиземного моря значительно истощили наши запасы самолетов и обученных экипажей, которые таяли по мере того, как мы удовлетворяли неотложные потребности в других районах. Более того, пришлось волей-неволей временно прекратить пополнение корпуса новыми эскадрильями самолетов дальнего действия, которых с нетерпением ожидали. В этих трудных условиях наш летный состав делал все, что было в его силах. Хотя сами эскортные суда и обеспечивали относительную защиту от атак, предпринимаемых подводными лодками по традиции днем в погруженном состоянии, они никогда не могли отдаляться на значительное расстояние от конвоев и рассеивать значительные скопления противника на флангах. Таким образом, когда "стаи" подводных лодок нападали, они могли наносить комбинированные удары таким количеством подводных лодок, которого было Достаточно, чтобы нейтрализовать оборону. Мы понимали, что выход заключался в том, чтобы не только окружить каждый конвой надводными эскортными судами, но и обеспечить также достаточное прикрытие с воздуха, способное обнаружить находящиеся поблизости подводные лодки и заставить их погрузиться, обеспечивая таким образом путь, по которому конвой может продвигаться беспрепятственно. Одного этого чисто оборонительного мероприятия было недостаточно. Для того чтобы одолеть подводные лодки, необходимо было находить их и решительно атаковать на море и с воздуха, где бы они ни были обнаружены. Необходимых самолетов, обученных экипажей и авиационного вооружения было еще недостаточно для того, чтобы добиться решающего перелома, но теперь мы уже положили начало, создав группу поддержки из надводных судов. Уже давно настаивали на осуществлении этой тактической идеи, но для этого не имелось средств. Первые из этих групп поддержки, которые позже превратились в важный фактор противолодочной войны, состояли из двух сторожевых кораблей, четырех новых фрегатов из тех, которые сейчас стали сходить со стапелей, и четырех эсминцев. Они были укомплектованы хорошо обученными и опытными экипажами и оснащены новейшим оружием; предполагалось, что они будут действовать независимо от конвойных кораблей и, не неся никаких других обязанностей, будут выискивать стаи подводных лодок, охотиться за ними и уничтожать их там, где существует угроза с их стороны. Существенным фактором в успешном осуществлении этих планов было сотрудничество между группами поддержки и авиацией, и в 1943 году стало обычным явлением, что самолет замечал подводную лодку и указывал группе поддержки ее добычу. Более того, всегда существовала вероятность, что во время преследования одной подводной лодки обнаружатся другие, и, таким образом, одна замеченная подводная лодка могла привести к обнаружению целой стаи. Тем временем обращалось большое внимание на необходимость обеспечения поддержки конвоев с помощью авиации, базирующейся на авианосцах. Читатель вспомнит из предыдущего тома, какой успешной была короткая и яркая карьера нашего первого эскортного авианосца "Одэсити", который погиб в декабре 1941 года. К концу 1942 года действовало шесть таких кораблей. Впоследствии много подобных кораблей строилось в Америке, а также в Англии, и первый из них, "Авенджер", вышел в сентябре вместе с конвоем, направлявшимся в Северную Россию. Позже, в октябре, они впервые начали успешно действовать против подводных лодок, конвоируя суда, участвовавшие в операции "Торч". Эти корабли, на которых находились самолеты морской авиации "суордфиш", отвечали необходимому требованию -- они обеспечивали полную разведку в глубину, действуя независимо от береговых баз и в полном взаимодействии с надводными эскортными судами. Таким образом, благодаря максимальным усилиям и изобретательности наши противолодочные мероприятия становились более действенными; однако силы противника также возрастали, и нам еще предстояло много серьезных неудач. С января по октябрь 1942 года, несмотря на потери, число действующих немецких подводных лодок увеличилось с 90 до 196. Более того, к осени около половины всех этих подводных лодок снова действовало в Северной Атлантике, где наши конвои подвергались яростным атакам более крупных групп подводных лодок, чем когда-либо раньше. В то же время все наши эскорты были сокращены до минимума ради осуществления наших основных операций в Африке. В ноябре союзники понесли самые большие потери на море за всю войну; одни только подводные лодки потопили 117 судов тоннажем более 700 тысяч тонн; кроме того, суда тоннажем 100 тысяч тонн погибли по другим причинам. * * * В открытом море вне пределов радиуса действия воздушного прикрытия положение было столь угрожающим, что 4 ноября я лично создал новый комитет противолодочной войны, который должен был специально заниматься этими проблемами. Этот орган, которому было предоставлено право принимать далеко идущие решения, сыграл немаловажную роль в войне. Стараясь увеличить радиус действия наших самолетов "либерейтор", снабженных радарами, мы решили снять их с операций на время, требуемое для осуществления необходимых усовершенствований. В соответствии с этой политикой президент Рузвельт по моей просьбе прислал для действий с баз Соединенного Королевства все подходящие американские самолеты, оборудованные новейшими радарными установками. Таким образом, вскоре мы могли возобновить операции в Бискайском заливе при наличии больших сил и при лучшем оснащении. Это решение и другие мероприятия, осуществленные в ноябре 1942 года, дали результаты в 1943 году. Глава восьмая ПОТЕРЯ ГОЛЛАНДСКОЙ ОСТ-ИНДИИ По вопросу о создании АБДА во главе с верховным главнокомандующим правительства Англии, США, Голландии, Австралии, Новой Зеландии, Индии и Китая обменялись по телеграфу десятками тысяч слов, зашифрованных самым надежным образом. Командование АБДА комплектовалось в строгом соответствии с требованиями отдельных стран, и от каждой из них входили представители армии, флота и военно-воздушных сил. Выдвигались сложные доводы в отношении того, может ли в порядке компромисса голландский адмирал командовать военно-морскими силами; спорили о том, каким образом все должно быть улажено с американцами и англичанами, в какой мере все это касается австралийцев и т. д. Едва все это было согласовано между пятью державами и тремя родами вооруженных сил, как весь обширный район, о котором шла речь, был захвачен японцами, а объединенный союзный флот был потоплен в роковой битве в Яванском море. * * * В самом начале возникло недоразумение с Чан Кайши, которое, хотя и не отразилось на ходе событий, все же касалось большой политики. В Вашингтоне я обнаружил, что американцы, даже высшие руководители, придавали удивительно несоразмерное значение Китаю. Мне было известно, что Китаю приписывалась почти такая же боевая мощь, как и Британской империи, а китайскую армию приравнивали в разговорах к армии России. Я сказал президенту о том, насколько, по моему мнению, американцы переоценивают вклад, который может внести Китай в общую войну. Он совершенно не согласился со мной. В Китае насчитывается 500 миллионов человек. Что произошло бы, если бы это колоссальное население развивалось в течение последнего столетия так же, как Япония, и располагало бы современным оружием? Я ответил, что я говорю о нынешней войне, и этого в данный момент вполне достаточно. Я сказал, что я, конечно, всегда буду вежлив с китайцами и буду стараться быть им полезным, потому что восхищаюсь ими, они мне нравятся как нация, и то обстоятельство, что ими постоянно плохо управляют, вызывает у меня жалость. Но он не должен ожидать, что я соглашусь с тем, что, по моему мнению, является совершенно неправильной оценкой. Генерал Уэйвелл прибыл в Батавию 10 января и создал свой штаб вблизи Бандунга, где расположилось командование голландской армии. Располагая лишь небольшой группой офицеров и находясь на большом расстоянии от источников получения подкреплений в условиях развития активных действий на многих участках его пятитысячемильного фронта, он приступил к осуществлению сложной и безотлагательной задачи создания первого из нескольких межсоюзных командований в этой войне. Победы, одержанные Японией, уже угрожали цепи островов, образующей южную оконечность Малайского барьера; самыми большими островами этой цепи являются Суматра и Ява. К востоку от этого района генерал Макартур без какой-либо надежды на спасение продолжал оказывать решительное сопротивление на полуострове Батан, на Филиппинах. На западе большая часть Британской Малайи была захвачена. Сингапур был в опасности. Между этими двумя фланговыми опорными пунктами сопротивления союзников, которые находились под угрозой, другие японские войска продвигались в южном направлении по многочисленным голландским островам. Саравак и Бруней -- голландские нефтяные порты на Борнео и Целебесе -были уже захвачены. С каждым шагом противник закреплял свои успехи, создавая воздушные базы, с которых он мог наносить удары по следующей избранной им цели. Его войска никогда не выходили за пределы действия его мощного воздушного прикрытия, опирающегося на береговые базы или его авианосцы на море. Это было осуществлением давно взлелеянных и дальновидных планов военизированной страны с полным использованием элемента стратегической неожиданности. Для Уйэвелла все зависело от прибытия подкреплений. Ничего нельзя было сделать для спасения небольших голландских гарнизонов в ключевых пунктах главных островов, и мы уже знаем, что произошло в Сингапуре. Американцы прилагали все усилия, чтобы послать союзному командованию самолеты морем или по воздуху; однако расстояния были огромные, а японская машина действовала быстро и точно. К концу января был захвачен Кендари на Целебесе и большой нефтяной порт Баликпапан в восточной части Борнео. Остров Амбон, на котором находился важный аэродром, был захвачен значительно превосходящими силами противника. Дальше на восток и вне района АБДА японцы захватили Рабаул на острове Новая Британия и Бугенвиль на Соломоновых островах. Это было первым шагом в серьезной попытке перерезать жизненно важную линию, соединявшую Австралию с США. В начале февраля первые японские войска высадились В Финш-Харборе на Новой Гвинее, но масштабы действий в других районах помешали им в тот момент расширить свой контроль над этими отдаленными районами. На противоположном конце, в Бирме, вторжение развивалось. Уэйвелл приложил все усилия, чтобы противостоять натиску. Он создал в Палембанге ударные воздушные силы. На море американские и голландские подводные лодки не без успеха действовали против различных сил вторжения восточнее и западнее Борнео. Было оказано сопротивление нападению на Баликпапан, и транспорты были потоплены четырьмя американскими эсминцами. * * * На следующий день после падения Сингапура верховный командующий снова проанализировал положение, сложившееся на его театре военных действий, и его деловой отчет дает ясное и полное представление о сложившейся обстановке. Генерал Уэйвелл -- премьер-министру 16 февраля 1942 года "1. Как Вы поймете, недавние события в Сингапуре и южной части Суматры поставили перед нами чрезвычайно серьезные и безотлагательные проблемы -- стратегические и политические. Географические факторы. Длина Явы -- 500 миль, что приблизительно равняется расстоянию от Лондона до Инвернесса; в сущности, и практически на всем северном побережье существуют благоприятные условия для высадки. Масштабы атаки и вероятные действия противника. При наличии судов и эскортов противник, вероятно, сможет в течение ближайших 10--14 дней выставить четыре дивизии против Явы и в течение месяца усилить их двумя или более дивизиями. Возможно, что в нападении с воздуха будут участвовать максимально 400--500 истребителей (включая истребители, базирующиеся на авианосцы) и 300--400 бомбардировщиков. Мы располагаем следующими ресурсами для того, чтобы отразить атаку противника против Явы: а) Военно-морские силы. Максимум 3--4 крейсера и около 10 эсминцев в качестве ударной силы. Если эти силы будут разделены между двумя угрожаемыми оконечностями острова, то они будут слишком слабы в обоих пунктах. Если они останутся вместе, то, учитывая расстояние, трудно будет вовремя достичь важнейшего пункта. Где бы они ни находились, они могут подвергнуться сильным воздушным атакам. б) Сухопутные силы. В настоящее время имеются три слабые голландские дивизии. Английские имперские войска состоят из одного эскадрона 3-го гусарского полка, оснащенного легкими танками, и около 3 тысяч австралийцев, сведенных в различные соединения. Имеется несколько тысяч человек из наземного обслуживающего персонала королевских военно-воздушных сил, но часть из них не вооружена. Американские войска состоят из одного не полностью оснащенного полка полевой артиллерии. в) Военно-воздушные силы. В настоящее время имеется около 50 истребителей, 65 средних или пикирующих бомбардировщиков и 20 тяжелых бомбардировщиков. Предотвратить высадку на Яве в ближайшем будущем можно, только располагая здесь превосходством морских и воздушных сил. Приведенные факты показывают, что обеспечение этого превосходства крайне мало вероятно. После того как противник совершит высадку, в настоящее время мало что можно сделать для того, чтобы помешать ему быстро оккупировать главные военно-морские и воздушные базы острова. Первый эшелон австралийского корпуса прибудет на Яву лишь в конце месяца. Он не сможет начать действовать до 8 марта, и вся дивизия не будет доставлена и не сможет начать действовать до 21 марта. Остающаяся дивизия корпуса не может быть доставлена до середины апреля. В итоге Бирма и Австралия имеют чрезвычайно важное значение для ведения войны против Японии. Потеря Явы, хотя и была бы жестоким ударом во всех отношениях, не имела бы рокового значения. Поэтому не следует прилагать усилий для того, чтобы посылать подкрепление на Яву, что может создать опасность для обороны Бирмы или Австралии. Непосредственная проблема заключается в определении местоназначения австралийского корпуса. Если бы имелись шансы на то, что корпусу удастся закрепиться на острове и сражаться с японцами в благоприятных условиях, я, не колеблясь, рекомендовал бы пойти на этот риск, как я это сделал год назад в отношении Греции. Тогда я считал, что у нас были достаточные шансы на, то, чтобы приостановить вторжение немцев, и, несмотря на результаты, я все еще считаю, что это был оправданный риск. В настоящий момент я должен заявить, что не считаю риск оправданным с тактической и стратегической точки зрения. Я полностью сознаю связанные с этим политические соображения... " Генерал Уэйвелл предсказал, что вторжение на Яву -- наш последний опорный пункт -- начнется до конца февраля, а с тем, чем он располагал или что он мог получить, было мало надежды на успех. Поэтому он рекомендовал, чтобы все австралийские войска, находившиеся в пути, были направлены в Бирму. 18 февраля был захвачен прекрасный остров Бали, расположенный восточнее Явы, а через несколько дней был взят Тимор, наше единственное оставшееся звено, которое обеспечивало воздушную связь с Австралией. В этот момент группа быстроходных авианосцев под командованием адмирала Нагумо, известная по действиям у Перл-Харбора, состоявшая теперь из четырех больших авианосцев, охраняемых линкорами и крейсерами, появилась в Тиморском море, и 19-го с них была предпринята мощная воздушная атака против порта Дарвин, где было множество судов. В результате этой атаки погибло много людей. До конца этой непродолжительной кампании Дарвин потерял всякую ценность как база. Как нам теперь известно, японцы наметили вторжение на Яву на 28 февраля. 18 февраля западная штурмовая группа в составе 56 транспортных судов и мощного эскорта вышла из бухты Камрань во Французском Индокитае. 19 февраля восточная штурмовая группа в составе 41 транспортного судна вышла из Холо в море Сулу в направлении Баликпапана, куда она прибыла 23 февраля. 21-го наш объединенный совет начальников штабов заявил генералу Уэйвеллу, что войска, находящиеся уже на Яве, должны защищать этот остров до последнего, но что никакие другие подкрепления не будут посланы. Ему также было приказано перевести свой штаб с Явы. Уэйвелл ответил, что командование АБДА следует не переводить, а ликвидировать, и получил на это согласие. * * * Оставшимся на Яве для того, чтобы сражаться до конца вместе с голландцами, я направил следующее послание: Премьер-министр -- вице-маршалу авиации Молтби 26 февраля 1942 года "Мои наилучшие пожелания успеха и почестей в этой великой предстоящей битве Вам и всем чинам английских войск, оставшимся на Яве. Каждый выигранный день бесценен, и я знаю, что Вы сделаете все, что в человеческих силах, чтобы затянуть битву". Теперь голландский адмирал Гельфрих взял на себя командование сокращающимися военно-морскими силами союзников. Этого энергичного голландца никогда не покидала надежда, и он продолжал решительно атаковать противника, несмотря на тяжелые потери и на преобладающие силы противника. Он был достойным преемником знаменитых голландских моряков прошлых времен. Для того чтобы отразить нападение на Яву, для осуществления которого в море вышли большие конвои, он создал две боевые группы -- восточную в Сурабае под командованием адмирала Доормана и западную в составе английских кораблей, находившуюся в порту Батавии Танчжонг Приок. 28 февраля западная боевая группа в составе крейсеров "Хобарт" (австралийский), "Данаэ" и "Дрэгон" и эсминцев "Скаут" и "Тенедос", после того как она неоднократно пыталась обнаружить противника, получила приказ уйти через Зондский пролив в Коломбо, куда она и прибыла благополучно через несколько дней. Тем временем 26 февраля в 6 часов 30 минут вечера Доорман на корабле "Де Рейтер", который был под его флагом, вышел из Сурабаи вместе с тяжелыми крейсерами "Эксетер" (английский) и "Хаустон" (американский), у которого кормовая орудийная башня была выведена из строя, легкими крейсерами "Ява" (голландский) и "Перт" (австралийский) и девятью эсминцами, из которых три были английскими, четыре американскими и два голландскими. Адмирал Гельфрих отдал Доорману следующий приказ: "Вы должны продолжать атаки, пока противник не будет уничтожен". Противник, который к этому времени получил подкрепления, был полностью осведомлен благодаря авиации о всех передвижениях эскадры Доормана. Американские эсминцы выпустили все свои торпеды и были отправлены обратно в Сурабаю. Английский эсминец "Юпитер" подорвался на мине, установленной в этот же день голландцами, и тотчас же затонул, причем погибло много людей. Адмирал Доорман, продвигаясь вперед, встретился с двумя японскими крейсерами, и после яростного боя оба голландских крейсера были торпедированы и затонули, а вместе с ними погиб и храбрый голландский адмирал, так хорошо сражавшийся при столь неблагоприятных условиях. "Перту" и "Хаустону" удалось отделиться, и они направились в Батавию, куда и прибыли на другой день. * * * Мы должны проследить эту историю до ее печального конца. Пополнив запасы топлива, австралийский и американский крейсера в эту же ночь вышли из Батавии, пытаясь пройти через Зондский пролив. Случайно они оказались в центре главной западной штурмовой' группы японцев, в то время как с ее транспортов высаживались войска в бухте Бантен, в самом западном пункте Явы. Прежде чем погибнуть, они отомстили противнику, потопив два транспорта, с которых высаживались войска. 307 офицеров и рядовых "Перта" и 368 человек с "Хаустона" были спасены и отправлены в японские концентрационные лагеря. Капитаны австралийского и американского кораблей утонули вместе со своими кораблями. "Эксетер", который покрыл себя славой в бою в районе Ла-Платы в 1939 году, вскоре был выведен из строя и до полудня был торпедирован и погиб. "Инкаунтер" и "Поуп" были потоплены. Японцы подобрали 50 офицеров и 750 рядовых с двух английских кораблей, а также людей, спасшихся с "Поупа". * * * Таким образом, наши военно-морские силы были уничтожены и Ява с трех сторон была окружена японцами. Два американских корабля, на которых находилось 59 истребителей, сделали последнюю отчаянную попытку пополнить быстро истощавшиеся воздушные силы. Один из этих кораблей, старый авиатранспорт "Лэнгли", был потоплен при приближении в результате воздушной атаки. Другой прибыл благополучно, но к тому времени уже не было возможности выгрузить упакованные самолеты на сушу. После того как верховный штаб был расформирован, все союзные силы, оставшиеся для защиты острова, перешли под командование голландцев. Английские воздушные силы после того, как они были отведены с Суматры, были сформированы в 5 эскадрилий, но имели лишь около 40 исправных самолетов. Имелось также десятка два американских истребителей и бомбардировщиков. На долю этих скудных сил выпала задача защищать остров, протяженность северного побережья которого равнялась 800 милям и где имелось бесчисленное количество удобных для высадки берегов. Японские конвои с востока и запада доставили четыре или пять дивизий. Трудно было оттянуть конец. 8 марта по решению голландцев капитулировали войска, насчитывавшие много тысяч англичан и американцев, включая пять тысяч человек из состава военно-воздушных сил с их прекрасным командующим Молтби, английские и австралийские войска численностью более восьми тысяч человек. Было решено сражаться до конца вместе с голландцами на Яве. Хотя не было никакой надежды на победу, захват новых объектов, к чему стремились значительные экспедиционные силы противника, был задержан. Японцы завершили захват Голландской Ост-Индии. Глава девятая ВТОРЖЕНИЕ В БИРМУ Существовало широко распространенное мнение, что японцы не начнут крупную кампанию против Бирмы по крайней мере до успешного завершения их операций в Малайе, но на деле оказалось не так. Воздушные налеты японской авиации на Рангун начались до конца декабря. Наши оборонительные воздушные силы состояли тогда лишь из одной английской эскадрильи и одной американской эскадрильи добровольческого авиаполка, созданного до войны для помощи китайцам. Эти скудные силы нанесли весьма большие потери японской авиации, участвовавшей в налетах. В течение всего января и февраля нападения японских воздушных сил сдерживались, и им приходилось дорого платить за каждый налет. 16 января японцы начали продвижение из Сиама в Бирму. * * * После двухнедельных боев против преобладающих и все увеличивающихся сил японцев три англо-индийские бригады, которые составляли 17-ю дивизию, были оттеснены к реке Салуин, и здесь в районе Билина начались яростные атаки и контратаки при большом неравенстве сил. К 20 февраля стало ясно, что для того, чтобы не потерять все войска, следует отступить к реке Ситтанг. Через эту быструю реку шириной 500 ярдов был перекинут только один мост. Крупные части японских войск атаковали предмостное укрепление, прежд