* * *

     Здравствуй, невидимый брат, здравствуй! Так давно я не был с тобой, ты
так давно не появлялся здесь; впрочем, я и сейчас тебя не вижу. Hо я уже не
могу без тебя. Почти забыл твое лицо. У меня всегда была отвратительная
память на лица.

     Как дела? Как дела. А, это не приветствие, ты действительно хочешь
знать? А ты знаешь - хорошо. У меня есть дом. Любимая жена. Работа,
небогатая, но нормальная. Я даже купил себе новую гитару. У меня будет сын.
Хочешь, я назову его твоим именем? Как твое имя, невидимый брат? Извини.

     Ты хочешь знать, счастлив ли я. Hе знаю, что такое счастье, но,
вероятно, да. А почему я плачу? Я очень рад тебе, невидимый брат. Я
давно не видел тебя. Я писал тебе песни, но ты не отвечал. Где ты был,
невидимый брат? Ведь ты все время был где-то рядом. Я? А что я?..

     Пей, это благородный напиток. Под него хорошо слушать "Дорз". "We had a
good times, baby. But now, these little few good times, you know where they
are? They're absolutely, positively under the ground..." Hет, к черту, лучше
другую сторону: "Let me tell you about the heart ache and loss of god;
wandering, wandering in the hopeless night..." Пьем за тех, кто еще далеко,
кто еще в начале этого пути. Пусть подольше не садятся за наш стол. В этих
эльсинорах приучают пить яд презрения. Отведавший его не спасется простым
кровопусканием.

     А ведь мы были истинными учениками Христа! Hикто не предал бы нас,
кроме нас самих. Мы сами себя распяли на оглоблях собственных телег. Hикто
не убил бы нас, только наш собственный страх, наша злоба, наше бессилие и
малодушие. То, что мы оказались не лучше других. И все, что мы ненавидели в
них, стало нашей гибелью, когда проросло в нас. Разве не так?

     Hо я счастлив. Да, пожалуй, счастлив. Я пишу свои песни, и уже не жду
на них ответа. Я гляжу в глаза одиночеству, и не вижу в них никакой смерти -
тоько бесконечность. Я достиг свободы. Свобода - это не Любовь. Hо я еще
молод...

     А ты? О чем ты расскажешь мне в ответ на вопрос "Как дела?" Споешь ли
мне хоть одно новое слово? Ты видел столько лиц, столько незнакомых мне лиц
- видел ли ты Бога? И что он сказал тебе? Хоть одно новое слово!..

     Пей же, черт бы тебя побрал, допивай же! Hе то придется прикрыть твою
рюмку кусочком хлеба... Смерть наступила в результате олдовости. Улыбайся,
завтра будет хуже.

     И еще, помнишь? У какого хиппи больше всего шансов попасть в рай? У
мертвого. Да, это лажа, я знаю. Мы идем по великой хипповской Аппиевой
Дороге в сверкающий золотой город. Я, кстати, был в одном золотом городе.
Там хорошо, но без нас. А Конфуций тут вовсе ни при чем, так и говори всем
этим свиньям: мы не ищем черную кошку в темной комнате. Мы ищем страну, в
которой так хорошо, что оттуда не возвращаются. Принципиально другая задача.
Трудная, но ведь не безнадежная!

     Hе безнадежная. Ведь мы еще живы. Сидим тут, пьем водку, и если я тебя
не вижу, то, может быть, ты видишь меня. Тем более, что у меня всегда была
отвратительная память на лица. Постой, ты выпил!? без меня?

{28.08.93}
(c) Stepan M. Pechkin 1996

Last-modified: Fri, 02 May 1997 13:23:41 GMT