Оцените этот текст:



   Действующие и участвующие:


   К р е с т ь я н е:


   П р о ш к а -- "Над нами кверх ногами" :
   Т р и ф о н П а л е н ы й, член Совета : Бедняки.
   С а в е л, член Совета :
   К о с т ы ч и х а : Солдатки.
   А г р а ф е н а :
   М а р ь я, жена Прошки.
   К и р с а н Д о б р о с о в е с т н ы й, член Совета :
   К и р и л л Т р о ф и м ы ч, член Совета :
   В ы г о д а, член Совета : Середняки.
   Я к о в К о л ь ц о в, член Совета :
   С е м е н Ч а с о в н я :
   А г а ф о н -- Бычьи губы, предс. Совета :
   Б е г о м Б о г а т ы й, член Совета : Кулаки.
   К л и м е н т и й Н а з а р ы ч :
   П о п.
   Д ь я к о н.
   П с а л о м щ и к.
   К р у т о я р о в -- помещик.
   Д е с я т н и к.


   Р а б о ч и е и м а с т е р о в ы е:


   И л ю ш к а К а п у с т и н : Молотобойцы.
   Ф е д о р В и х р о в :
   П л а т о н ы ч :
   К р а с и в ы й : Рабочие.
   К у з ь м и ч :
   С т е п а н Е р о ф е и ч : Мастера.
   И в а н О л о в я н о й :


   Р а б о т н и ц ы:


   О л ь г а.
   С т а р у х а.
   М а ш к а Б е л у г а, жена Оловяного.


   П о д р о с т к и:


   П а ш к а Р я б о й -- сапожный подмастерье.
   К у р у н : Ученики.
   А н д р ю ш к а Г о р б ы л ь :
   Р а н е н ы й.
   С л о б о д с к и е о б ы в а т е л и:


   Д о м о в л а д е л е ц.
   З а д у й -- З а п л ю й, инвалид труда.
   А д я -- Б а д я, нищий.
   П р о ш к а, дезертир.
   А к с и н ь я.
   Д а р ь я, жена Красивого.


   Деревенские  мужики,  бабы и ребятишки. Рабочие и работницы.
Красноармейцы  разных  национальностей.   Офицеры   и   солдаты
неприятельской армии. Санитары. Граждане.


   ---------------





   (Сельская  улица  концом  упирается  в речку. Справа -- лицо
новой большой избы с крыльцом,  вывеска  "Лопуховский  сельский
Совет".  Под  окнами  рыдван  без  колес,  большие запакованные
ящики, бревна.
   Гуторят с десяток мужиков.)


   С е м е н. Вот и машины. А то машины, машины...
   Т р и ф о н. Балабонили, как за язык повешены.
   А г а ф о н (из  окна  десятскому).  Лупан,  бей  другорядь.
Ровно задавило чертей.


   (Десятский  бьет  в чугунную доску. Не торопясь, по одному и
кучками сходятся мужики, здоровкаются.)


   С е м е н. За деньги иль как?..
   С а в е л. Купил ба село, да денег-то голо.
   А г р а ф е н а. Болезна... Все мается Марфутка-то?
   К о с т ы ч и х а. Какое -- схоронила вчера.
   В ы г о д а. Не велик убыток. От парнишки какая ни  на  есть
выгода, девка што...
   С е м е н. Лишний рот -- всего в ей и мозгу...
   К  о  с  т ы ч и х а. Все одно жалко... Каждо дите -- нашего
бабьего сердца кусок... Вам, мужикам, того не понять.
   А г р а ф е н а. Попробуйте породите -- узнаете...
   С е м е н. Кто-кто, а Костычиха тужить не будет, еще народит
-- молодая...
   К о с т ы ч и х а. Нет  уж.  Родила,  родила,  да  и  чадило
выбросила чорту на кадило. Будя.
   Г о л о с а: Скоро, што ли?..
   Начинать пора...
   Коего лешего!..
   А г а ф о н (из окна). Счас, счас -- за писарем услал...
   К  о  с  т  ы  ч  и х а. За отпеванье поп не берет деньгами.
"Хлеба, слышь, давай". Отнесла останный коровай...
   В ы г о д а. Как хочешь, так и клохчешь...
   К о с т ы ч и х а. А работник попов Митрошка  увидал  утрось
меня  на  речке  да  и  говорит:  "Хлеб-от  твой  поп поросенку
выкинул"...
   А г р а ф е н а. А-а, пес! Зажрался...
   С а в е л.  Хотела  угодить  Богу,  да  угодила  краюшкой-то
поповскому поросенку в корыто...


   (Из Совета на крыльцо выходит Агафон.)


   А г а ф о н. Ну, граждане, крестьяне, товарищи, приступим...
   Г о л о с а: Вали, вали!..
   Выкладывай!..
   Послушам!..
   А  г  а  ф о н. Из волости стало быть отношение, тоись нащет
хлебной и мясной разверстки...
   Г о л о с а: Эх-хе-хе!..
   Опять за то же!..
   Припасли, наработали!..
   Сукины дети, дармоеды!..
   С мужика дери три шкуры -- обрастет!..
   А г а ф о н. С тридцатки по шешнадцать  пудов,  а  со  всего
общества, стало быть, восемь тыщ...
   Г о л о с а: По шешнадцать!.. Не мыслино...
   Мужики, хлеб -- от чего ноне был...
   От колосу до колосу не слыхать голосу...
   В долах сопрел, на огорках выгорел...
   У меня сам-сам дай Бог...
   Опять и обмолот неправильный...
   Разбой!..
   Не дадим, да и все тут!..
   Согласу нашего нет...
   Так и писать приговор от общества...
   Нет нашего на то согласу и -- шабаш...
   А г а ф о н. Разобраться надо как и што...
   Г о л о с а: И разбираться нечего...
   Слыхали. Нам дают чего?
   Соли, дегтю, гвоздей!..
   Согласу нашего нет...
   С  а  в е л. Жметесь, жалко... А раньше господ кормили -- не
считали...
   Г о л о с а: Голова, последнее выгребают!..
   Нече сухое сено ворошить...
   Вы по себе, мы по себе...
   Брали-брали!..
   Хлеб-от он раз в год родится...
   К о с т ы ч и х а. А самогонку пошто глохтите?..
   Я к о в. Это ты оставь -- самим животы подвело...
   К л и м е н т и й Н а з а р ы ч. В  амбарах  мыши  с  голоду
дохнут...
   В ы г о д а. Всех кормить -- никакой выгоды нет.
   Я  к  о  в.  Много  их  тут  поднаберется  жрать-то... Пусть
передохнут кои, на всех и земля родить не поспеет.
   А г р а ф е н а. Вон, Климентий жеребца мукой кормит...
   К л и м е н т и й Н а з а р ы ч. Шкура, на чужой стог вилами
не показывай. Свое наживи...
   Т р и ф о н. Наживать нам было неколи... Мы за вас страдали,
кровь лили.
   К о с т ы ч и х а. У меня самого семой год нет, сгиб.
   С о л д а т к и: Что им рыланам!..
   У нас почесть ни у кого мужиков в дому нет!..
   Куда не повернись -- одна...
   В мызг уездились...
   Без разгибу, без отверту...
   Ай в них душа, а в нас ветер...
   А г а ф о н. Бабы, прекратите прения -- заткните глотки!..
   П р о ш к а. Д-да... Пришей кобыле хвост!
   К л и м е н т и й Н а з а р ы ч (солдаткам). Вам хошь  масло
лей   на   голову,   все   будете   говорить  деготь...  Свиньи
некультурные!
   С а в е л. Вы же сами понимаете, на кого идет ваш хлеб.
   Г о л о с а: Обувай собаку в лапти!..
   Погодьте, отрыгнется вам мужичий хлеб!..
   Нет нашего согласу.
   Выходит дело борона...
   А г а ф о н. Как-жин,  граждане,  в  хлебе  отказываем,  что
ль?.. Стало быть, резолюция нужна...
   Г о л о с а: Никакой ризалюции не надо.
   Ни дадим и -- шабаш!
   За нее, за лизарюцию-то... н-да...
   Сено есть так козы...
   А ежели отряд?
   В колья возьмем...
   Такое дело: иль сена клок, иль в бок.
   Никого не боимся, пока козел ногой не топнет.
   С о л д а т к и: Когда-нибудь нахапаетесь...
   Врете, отдадите да и с нами поделитесь...
   Повытрясут из вас пыль-то...
   Подпорят шкуры...
   А г а ф о н. Бабы, без преньев!
   П  р  о  ш  к  а  (Климентию).  Ты сколько огреб! Пятнадцать
тридцаток. И помалкивай в тряпочку.
   К л и м е н т и й Н а з а  р  ы  ч.  В  своем  гашнике  блох
считай. Пятнадцать... Что ж такого, один не съем.
   К о с т ы ч и х а. Съесть-не съешь, да за свой хлеб норовишь
всю деревню купить.
   С о л д а т к и: Почем ноне хлеб-от?
   Какие наши добытки...
   Ты хлеб ешь, а он тебя...
   Ишь и рыло в сторону воротит...
   Ему и речь твоя противна, как нищему гривна...
   П р о ш к а. Им революция, нет -- ништо.
   Б  е  г  о  м Б о г а т ы й. Какой ты, Прошка, человек!.. Ни
кола у тебя, ни двора, а  туда  же:  ле-во-рю-ция!  Э-э,  дурья
башка, и совсем это тебе не к лицу...
   Т р и ф о н. Прошу слова.
   Г о л о с а. Будя, слыхали.
   Не на дураков напал.
   Уши прожужжали... Дегтю бы нам, да одежи.
   С  а  в  е л. Поносите Советскую власть: то нехорошо, другое
негоже, а кто  нас  образил,  людьми  сделал.  Кто  дал  землю,
права?!
   А г а ф о н. Не об этом. Об хлебе надо говорить.
   Г о л о с а: Ишь, анахема, куды гнет!
   Земля... Что земля!..
   Слабода, га!
   Земля, земля!
   Треплет языком, что овца хвостом!
   А  г  а  ф  о  н. Угодно ли собранию, стало быть выслушивать
оратора?
   Г о л о с а: Долой!..
   Наслушались, блевать тянет!..
   Об деле надо!..
   С а в е л. Скотина, хлеб -- все наживное.
   Г о л о с а: Как жа, свет в окошки.
   Вилами по воде.
   Ежли разобраться...
   Наше дело потрафлять.
   Не дошагнешь -- плохо, перешагнешь -- плохо.
   Т р и ф о н. Добром  не  хотите,  бить  вас  будут,  а  хлеб
все-таки возьмут.
   П р о ш к а. Чихать смешаетесь.
   С а в е л. Граждане!..
   Г о л о с а: Бить!..
   Уж не вы ли кой грех?
   За то, что кормим вас...
   Не бить нас надо дураков, а убивать...
   Т  р  и  ф  о  н.  Надо  будет, так и мы побьем, по-свойски,
по-родновски.
   П р о ш к а. Спуску не дадим.
   С а в е л. Граждане!..
   Г о л о с а. Ах, так!..


   (Скачут на  двух  телегах  Кирсан  Добросовестный  и  Кирилл
Трофимыч.)


   К и р и л л Т р о ф и м ы ч. Беда, мужики!
   Г о л о с а: А што?..
   Аль не ладно?..
   Какие такие дела?..
   К и р с а н. Ды к што ж... Ездили мы, значит, в город...
   К и р и л л Т р о ф и м ы ч. Верно, ездили...
   К  и  р  с  а  н.  Все  увозят  оттель,  комиссары  бегут...
Выковыриваются, значит...
   К и р и л л Т р о ф и м ы  ч.  Через  Суходол,  слышь,  белы
прут, с союзниками, с машинами с эдакими...
   Г о л о с а: О-о-о, брат!
   Ага!
   Помоги им царица небесная!
   Я к о в. Опять мобилизации пойдут.
   С е м е н. Красны с белыми дерутся -- серого по шее бьют...
   К  и  р и л л Т р о ф и м ы ч. Машины, гыт, никакая сила, ни
што не держит: ни леса, ни горы. Наскрозь так  и  идут,  так  и
косют.
   А  г  а  ф  о  н. Похоже сюда гнут, денька через два, гляди,
нагрянут.
   Г о л о с а: А можа и раньше.
   Знамо раньше.
   С машинами-то само собой раньше.
   Оно упять-таки ежли рассудить...
   Чижельше не будет.
   Т р о ф и м. Рано закаркали... Отряд надо сбирать.
   С а в е л. Товарищи!..
   Г о л о с а: Опоздали, други милые!..
   Будя, поизмывались!
   Камуния!!.
   К и р и л л Т р о ф и м ы ч. Мужики, счас в  горсть  плачем,
не заплакать бы нам в пригоршню?!.


   (Гвалт.)


   З а н а в е с.




   За занавесом радостный и торжественный колокольный звон. Хор
сильных голосов горланит:


   Тебе, Бога, хвалим,
   Тебе, Господа, исповедуем,
   Тебе, предвечного Отца, вся земля величает,
   Тебе вси ангели,
   Тебе небеса и вся силы,
   Тебе херувими и серафими непристанными гласы взывают,
   Свят! свят! свят Господь Бог Саваоф,
   Полны суть небеса и земля величества славы твоея!..


   З а н а в е с п о д н и м а е т с я.


   Та  же  сельская  улица.  Во  главе  шествия двигается кучка
празднично разодетых кулаков и кулачишек с  блаженно-умиленными
сияющими рожами. Несут хоругви, хлеб-соль и царский портрет. За
ними  по  пятам поп с дьячком и псаломщиком "в полной упряжке".
Толпа. Полковник со свитой и офицер верхами во  главе  казачьей
сотни.


   Тебе преславный апостольский лик,
   Тебе пророческое хвалебное число,
   Тебе хвалит пресветлое мученическое воинство,
   Тебе по всей вселенной исповедует святая церковь...


   (Подъехав,   полковник   слезает   с  коня  и  подходит  под
благословление.)


   П о п. Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.
   О ф и ц е р. Сотня, стой! Вольно!
   П о п.  Велика  премудрость  Божия...  Послал  наказание  за
великие грехи наши, а теперь, видя смирение, шлет избавление.
   П о л к о в н и к. Н-да...
   П  о  п  (идет по рядам казаков и кропит "святой" водой). Да
будет благодать Божья на вас, дети мои!
   К и р с а н. Айда-ка, сват, -- без нас обойдется.
   К и р и л л Т р о ф и м ы ч. И то правда.


   (Оба уходят.)


   А г а ф о н (подносит хлеб-соль). Ваш сиясь, как  мы  и  как
стало быть вся анперия.
   П о л к о в н и к. Ага. (Казаку.) Возьми.
   К а з а к. Рад ста ва-ва-ва-сто.
   П о л к о в н и к. Коммунисты есть?
   А г а ф о н. Дозвольте ва-ваше доложить...
   П о л к о в н и к. Ты кто?
   А г а ф о н. Приседатель Со-совета.
   П о л к о в н и к (свите). Полсотни горячих!
   К а з а к и ч е р к е с. Рады ста ва-ва-ва.
   А г а ф о н. Дозвольте слово.
   Ч е р к е с. Малчэ, сабака!


   (Агафона уводят.)
   П  о  п. Согрешишь с ними истинно... А насчет коммунистов не
извольте беспокоиться.
   П о л к о в н и к. Д-да.
   П о п. Были  у  нас  тут  три  разбойника.  Один  убежал,  а
двоих...
   К л и м е н т и й Н а з а р ы ч. В холодной сидят.
   П о л к о в н и к. Привести.
   В ы г о д а. Э-э-э, х-харашо-с, приставим.


   (Убегает.)


   П  о  л к о в н и к (офицеру). На Торбино и Репьевку выслать
разведку. Выставить караулы. Много не пить. Поняли?
   О ф и ц е р. Слушаю-с.
   П о л к о в н и к. Ступайте. Н-да.
   О ф и ц е р. Сотня, смирно! Лев плеч, вперед, кругом арш!


   (Удаляются.)


   П о л к о в н и к. Ф-фу, жарко. Квасу!
   Г о л о с а: Сее минуту.
   Со всей нашей радостью.


   (Несколько человек шарахаются в стороны, потом возвращаются.
За квасом бежит Яков Кольцов.)


   П о п. Может, ко мне чайку откушать зайдете?
   П о л к о в н и к. После.
   П о п. Как угодно-с... Молебен прикажете?
   П о л к о в н и к. После.
   П о п. Ваша воля.


   (Поп, дьякон и псаломщик уходят. Хоругви и  царский  портрет
уносят. Возвращаются казак и черкес.)


   Н е г р о м к и е г о л о с а: Строгий...
   И хвост трубой...
   За то ждали...
   Шутить не любит...
   Одно слово: енерал...
   П о л к о в н и к. Жарко... Подать стол и стул!
   К л и м е н т и й Н а з а р ы ч. Микешка! Серега!


   (Трое  скрываются  в Совет. Нерешительно пододвигаются бабы,
скачут ребятишки. Из Совета  выносят  стол,  скамейку,  стулья.
Ставят в холодке, под окнами.)


   К  л  и  м  е  н т и й Н а з а р ы ч (картузом угодливо трет
скамейку). Присядьте, высковоблагородие.
   А г р а ф е н а (бросается  полковнику  в  ноги).  Кормилец!
Батюшка! Шестеро мал меньша. Муж на войне сгинул.
   Г о л о с а: Гляи, гляи...
   Безбоязна...
   Ох-ох-ох-о...
   П о л к о в н и к. Тебе чего, баба?
   А г р а ф е н а. Хлебца. Ребятишек пожалей.
   П о л к о в н и к. Не торгую. Ха-ха. Проваливай.
   А г р а ф е н а. Мал меньша... Крупельны...
   К а з а к (стегает плетью). Слушай приказу!
   Г о л о с а: Ай, родимые!
   У-у, аспид, креста на те нет...
   Распустил чуб-от...
   К а з а к и ч е р к е с. Бабы, проваливай, без рассужденьев!
Убирайся!


   (Бабы  и  ребятишки  отступают. Яков Кольцов приносит квас в
большом блюде.)


   П о л к о в н и к. Почему мутный?
   Я к о в. Не сумлевайтесь, блюдо из-под святой воды.
   Г о л о с а: Вот тык вот!..
   Медалей-то скока...
   Сумей и ты заслужи...
   Пуговицы-то как сверькают...
   А усы-то, усы-то, девоньки...
   П о л к о в н и к. Как живете, мужички?
   Г о л о с а: Живем -- онучки жуем...
   Не жись, маята одна...
   Ох, не молвить...
   Поддосок нет, дегтю, соли...
   Коммунисты сказать...
   Мы, гыт, голодны...
   Ни тебе рта разинуть, ни тебе шага шагнуть...
   Как можно...
   С нашими народами...
   Иконы в училище...
   Ежли впрямь...
   Озорство одно...
   П о л к о в н и к. Жидовский гвалт. Ежли что -- молчать! Без
крику. Подавайте заявления. По форме. Да.
   Г о л о с а: Тащут...
   Га, га, га!..
   Милачки!..


   (По улице ведут избитых и связанных Прошку и Савела. За ними
ревущая Марья с грудным ребенком, за  юбку  цепляются  плачущие
детишки. Возвращается поп, одетый по-домашнему.)


   Г о л о с а: А-а!..
   Всю деревню задавили...
   Всем орудывали...
   Грабители!..
   Со свету сживали...
   Б а б ы: Болезные... Как их издудыркали...
   Примут горя гореваньица...
   Не бай, девка...
   Мужики-то как остервенели...
   Марья-то, Марья-то...
   Г о л о с а: Убить их и -- концы в воду...
   Короткий разговор...
   Давно пора...
   П о л к о в н и к. Это и есть коммунисты?
   Г о л о с а: Они самые...
   Убить их...
   П о п. Истинные дьяволы во образе человеков.
   П о л к о в н и к (Прохору). Имя, фамилье!..
   П р о ш к а. Ваша милость, простите.
   П о л к о в н и к. Имя, фамилье!..
   П р о ш к а. Прохор Копейкин.
   М  а  р  ь  я. Яви божеску милость... Сдуру он. Заставь Бога
молить.
   П о л к о в н и к. Какими делами занимаешься?
   П р о ш к а. Крестьянством.
   Г о л о с а: Грабежом, а не крестьянством.
   Кровопивцы -- голоштанники.
   М а р ь я. Будь отцом родным, прости... По дурости он, не со
зла.
   П о л к о в н и к (Марье). Сопли не распускать. Уходи.
   М а р ь я. Люди его самустили... О-о-о!
   К а з а к. Слушай приказу. Провались, пока цела.
   П о л к о в н и  к  (на  Прошку).  Как  и  что  и  по  какой
причине... Докладывайте.
   Г о л о с а: Я... У меня...
   Мать перемать...
   Годи: пусть Климентий скажет...
   Ну-ну...
   Начисто надо...
   Писаря бы скликать на час...
   К  л  и  м  е  н т и й Н а з а р ы ч. Был у меня хлеб, пудов
дваста...
   Г о л о с а: Был, был -- всякий скажет...
   Мою корову-то схряпали, расскажи...
   За Антипку слово замолай...
   Как-жин так, а я-то...
   Стой, Тишка, глотку не дери...
   Дай сказать человеку...
   К л и м е н т и й Н а з а р ы ч. Нагрянули, они, выгребли до
скретинки, да на меня же контрибуцию,  да  меня  же  в  прорубь
макать.
   Г о л о с а: Разя закон...
   А моя корова!
   Чего с него возьмешь -- горсть волос...
   П  р  о  ш  к  а.  Винюсь,  ваше  благородие...  Спустите на
первой...
   М а р ь я. Пискуны-то, отец, что я с ними буду делать?
   П р о ш к а. Семья с голоду.
   Г о л о с а: Свой хлеб-от продавали, а наш жрали...
   А теперь чего гнет...
   Попал волк в  собачий  полк  --  лаять  не  лай,  а  хвостом
виляй...
   П о л к о в н и к. Выпороть и повесить!
   К а з а к и ч е р к е с. Рады стараться, ва-ва-ва.
   М а р ь я. Ваше благо-о-о-о-оооо...
   П р о ш к а. Старики, прошу прощения... Призрите семью.


   (Прошку  уводят.  Марья  с  ребятишками  за ним. В толпе баб
всхлипывания.)


   П о л к о в н и к (Савелу). Ну?
   Г о л о с а: Тоже собака...
   З одного коленкору...
   Давно об нем веревка плачет...
   С а в е л. Вольно брехать -- ваша сила.
   П о л к о в н и к. К-ха. Мерзавец, подбери брюхо.
   С а в е л. Нече мудровать, убивайте скорее.
   П о л к о в н и к. Как стоишь, скотина! Р-раскорячился!
   Г о л о с а: Это, ваше благородие, главарь по всей округе.
   За матку ходил...
   Коновод...
   П о л к о в н и к. В чем виноват, суконное рыло?
   С а в е л. Вся моя вина в том, что бедняк  я  и  за  бедноту
всегда грудью стою.
   П о л к о в н и к. Пад-лец!
   П  о  п.  Скотина  безрогая...  Ему  хоть плюй в глаза, ваше
степенство, утрется -- "Божья роса".
   П о л к о в н и  к.  Народ  грабил  по  своей  воле  или  по
приказу?
   С а в е л. По приказу пустого брюха.
   Г о л о с а: Он свое гнет.
   Черного кобеля не вымоешь до-бела.
   Жулики, сукины дети...
   П о п (Савелу). Вы бедняки зеваете: "Мало да мало"... А того
не разумеете, что кто праведен да Богу угоден, тот съест хлебца
кусочек, выпьет водицы глоточек и сыт бывает и не ропщет...
   Г о л о с а: Вот как по-писаному...
   Бога забыли...
   Погрязли, можно сказать...
   Э-хе-хе...
   П  о  п.  Кто  жаден  да завистлив, тот бочку воды выпивает,
за-раз быка съедает, а сыт не бывает... Почему такое?
   С а в е л. Брось, батек, в лапоть звонить -- на то  колокола
есть.


   (Возвращаются казак и черкес.)


   К а з а к. Так что готово, ва-ва-ство.
   П  о  л  к  о  в н и к (бормочет). Дегенерат. Полная атрофия
религиозного   и   нравственного   чувства.   Явные    признаки
вырождения.
   Г о л о с а: Вишь, богохульник...
   Лубочны зенки...
   Ни страха в нем, ни стыда...
   П о л к о в н и к. Выпороть и повесить!
   С а в е л. У-у-у, гады!


   (Савела уводят.)


   П о л к о в н и к. Еще кто?
   Г о л о с а: Окромя, кажись, не объявлялось.
   Ды-к обнакновенно у нас...
   П  о  л  к  о  в  н  и  к.  Не  два  же человека всю деревню
оседлали...
   Г о л о с а: Ежли разобраться...
   Быть знамо были...
   Гришка Осьмушкин...
   Антон Рыжий...
   Антон што, вот Алешка, тот пес.
   Кум?! Ни-ни, воды не замутит...
   П о л к о в н и к. Всех сюда. Для допросу. Буду  справедлив.
Пусть не боятся.
   Г о л о с а: Они, вашество, не коммунисты.
   В Совет выбирало общество.
   Люди ничего.
   П о л к о в н и к. Разберу. Живо!


   (Часть  мужиков уходит. Другие попятились, совещаются. Поп с
ними. Полковник один.)


   П о л к о  в  н  и  к.  Подлецы!  Холуи!  Мерзавцы!  Свиньи!
Мужланы! Прохвосты! Канальи! Вахлаки! Хамы! Остолопы!..


   (Возвращается казак.)


   К а з а к. Готово, ваше ва-ва-ва.
   П о л к о в н и к. Повесили?
   К  а  з  а к. Так точно, ваше ва-ва-ва. Выпороли, повесили и
выбросили на навозные кучи.
   П о л к о в н и к. Молодцы!
   К а з а к. Рады стараться, ва-а-а-ааа!
   П о л к о в н и к. Хм! Успел выпить?
   К а з а к. Для храбрости, ваше ва-ва-ва...
   П о л к о в н и к (тихо). Э-эм... На  ночь  приведи  ко  мне
девку.
   К а з а к. Слушаюсь.
   П  о  л  к  о  в  н и к. Талья и формы... Чтобы все на своем
месте. Понимаешь?
   К а з а к. Так точно, ваш-во, очень даже  понимаю:  живой  я
человек.
   П о л к о в н и к (подходит к мужикам). Помещики у вас были?
   Г о л о с а: Как не быть...
   Нестер Палыч Крутояров...
   На колокол пожертвовал...
   Пекся об нас, благодетель...
   П о л к о в н и к. Н-ну!
   В  ы  г  о  д  а (указывает за деревню). Вон в энтом лесочке
ихняя усадьба стояла.
   П о л к о в н и к. Где же ваш Крутояров?
   К л и м е н т и й Н а з а р ы ч. Раскуделили... Известно  --
темный народ.
   П о п. Своей пользы не разумели.
   С  е  м  е  н.  Сам  убежал.  Семью перебили, а управляющего
повесили в том самом лесочке.
   В ы г о д а.  Усадьбу  сожгли.  Добро  растащили,  нитки  не
оставили.
   Б  е  г  о  м  Б о г а т ы й. Шутка сказать: восемь деревень
громить ходили, скопом.
   П о л к о в н и к. Вы тоже громили?
   К л и м е н т и й Н а з а р ы ч. Что вы, ваше степенство.
   Я к о в. От нашего общества почесть и не ходил никто.
   Б е г о м Б о г а т  ы  й.  Оно  из  голытьбы-то  и  шлялись
которые, да мы за них не ответчики.
   С е м е н. Лежебоки, штоб их громом расшибло!
   П о л к о в н и к. Ну, а вы? А?
   Г о л о с а: Што вы, ваше величество...
   Слава те Господи... свово добра за глаза...
   Нас, вашество, самих обграбили...
   В раззор разорили...
   К о с т ы ч и х а (полковнику). Горланы-то те, родимый, очки
втирают.
   П о л к о в н и к. А? Как?
   Г о л о с а: Поклепы возводишь...
   За такое и под суд можно...
   Втемяшилось, окстись...
   Известно баба... Нече е слухать...
   П о л к о в н и к. Мол-чать! (Костычихе). Что?
   К  о  с  т  ы  ч  и  х  а.  Все  хапали,  а  эти  храпоидолы
многолошадники так больше всех.
   Г о л о с а: Заткни хайло!
   Она у нас, ваше блао-родие, из таковских...
   С дурцой...
   П о л к о в н и к. Да!..
   К о с т ы ч и х а. И  скотину  и  все  добро  господское  по
жребию делили.
   Б е г о м Б о г а т ы й. Митяй, дай ей, суке, по загривку.
   К  о  с т ы ч и х а. У дяди Клементия меренок-то гнедой чей?
Помещика Крутоярова... (Выгоде.)  У  тебя  бычок-от  чей?  Тоже
Крутоярова. (Бегом Богатому.) А тебя, старый чорт, сноха в чьем
паплиновом платье форсит...


   (По  улице  на  тройке  катит  Крутояров.  С ним вооруженная
стража.)


   Г о л о с а: Сам...
   От на грех нелегкая несет...
   Эх, держись православные...


   (Некоторые сперва сдергивают шапки, потом разбегаются.)


   П о л к о в н и к. Смирно, грабители. Куда... Тревогу!..
   К р у т о я р  о  в.  Честь  имею  представиться  --  Нестер
Павлович Крутояров, местный помещик и дворянин.
   П о л к о в н и к. Очень, очень приятно.


   (Трубач играет тревогу. Вылетают казаки.)


   З а н а в е с.





   Кузнечный   цех.  Работа  в  разгаре.  Пышут  горны,  ляпают
стопудовые  молоты.  Дюкают  кувалды.  Перекликаются   ручники.
Из-под крыши свешиваются хоботы кранов. Бойкая и веселая суета.
   У ближнего горна шестеро: Илюшка Вихров, Платоныч, Красивый,
Степан Ерофеич и Иван.


   И л ю ш к а. Ге! Дуй! Грей! Давай углей!
   П л а т о н ы ч (подает). Бей, не робей!


   (Илюшка  со Степаном Ерофеичем куют. Платоныч держит нагрев.
Красивый подправляет.  Иван  и  Вихров  покуривают  в  стороне:
смена. Остывший кусок Платоныч сует в горн.)


   С т е п а н Е р о ф е и ч. Раскатился что-то наш Илюха. Не к
добру...
   П л а т о н ы ч. Чадо.
   И в а н. Гвоздь малый.
   С  т  е  п  а  н Е р о ф е и ч. Женить нам его надо, -- вишь
ржет, как жеребец стоялый.
   И л ю ш к а. Гляди, старик, железо не  перегревай,  губы  не
развешивай, вари-давай. Ударю для смеху!
   П л а т о н ы ч (подает). Ори! Ай к спеху?


   (Куют.)


   И  в  а  н.  Поешь ты, парень, складно. Да годи -- белые ужо
придут, они вас всех прихватят...
   С т е п а н Е р о ф е и ч. Ладно! Хватит!


   (Доковали. Иван и Вихров сменяют Степана Ерофеича и Илюшку.)


   П л а т о н ы ч. Вчера, чу, заняли Свешной.
   С т е п а н Е р о ф е и ч. Один конец... Нам все равно.
   К р а с и в ы й. А Советская власть? А профсоюзы?
   И в а н. Болтай языком по пустому пузу... Революция  надоела
всем давно.
   П л а т о н ы ч. У них, слышь, иропланы да танки.
   И в а н. Мать ее так! А это что за жизня -- хуже жестянки.
   И  л  ю  ш  к  а.  Бросьте  гавкать, сучьи ваши рты. Все уши
прожужжали.
   П л а т о н ы ч. Что те взорвало? Попала под хвост возжа ли,
али оса ужалила?
   И в а н. Тоже: равенство... Воля...
   С т е п а н Е р о ф е и ч. Нам бы хлеба поболе.
   К р а с и в ы й. Знач, продаете свободу за кашу да за щи?
   В и х р о в. Чего там... Хамкай, не хамкай, и придут, так не
будет слаще. Вот поглядь...
   С т е п а н Е р о ф е и ч. Чаще! Жамкни! Погладь.


   (Ольга и старуха вносят железную полосу и бросают у стены.)


   И в а н. Тетенька, пролила. Миленька, просыпала!


   (Старуха оглядывается под ноги. Кузнецы гогочут.)


   С т а р у х а. У-у, дьяволы... Углей, что ль, обожрались?
   П л а т о н ы ч. Всяко бывает, и у девки  муж  умират,  а  у
вдовы жив остается.
   И л ю ш к а. Ну, Ольгунька, ходи поживее, гляди веселее, нос
кверху, грудь вперед!
   С т а р у х а. Айда, чего с ними!
   И л ю ш к а. Приходи в обед -- дело есть.
   О л ь г а. Ладно.


   (Старуха и Ольга уходят.)


   П  л  а  т о н ы ч (сует Вихрову кулак в бок). Белые придут,
так тебя первого повесят.
   В и х р о в. Уйди к чорту! Дам вот в рыло.
   И в а н. Бей без отверту, пока не остыло.
   К р а с и в ы й (Платонычу). А тебе разя праздник?..
   П л а т о н ы ч. Она, слабода-то, кому мед, а кому -- горька
редька.


   (Доковали.)


   В и х р  о  в.  Х-хух...  В  глазах  темно...  Чортова  наша
работа... В глотке спеклось, ссохлось... Ну, ни вздохнуть тебе,
ни охнуть.
   И  в а н. Бойся -- руки отсохнут, брось, не работай, припала
забота. С работы-то лошади дохнут.
   В и х р о в. То ли у нас в деревне. Как вспомню  да  подумаю
-- теперь сенокос, я чай, а тут знай кувалдой...
   К р а с и в ы й. Балда.
   В и х р о в. Знай кувалдой маши...
   И л ю ш к а. Машины надо выдумывать: полегчает.
   И в а н. Наше ли дело думать: на то есть ученые.
   К  р  а  с  и  в ы й. А у нас головы из олова, что ль, то ль
карчаги глиняные?..
   И л ю ш к а. Кому и выдумывать, как не нам? Об своем-то деле
почище всякого ученого имеем понятие.


   (Гудок.)
   С т е п а н Е р о ф е и ч. Шабаш. Кто за обедом?
   П л а т о н ы ч. Федькин черед.


   (Вихров,  схватив  бак,  убегает.  Остальные   умываются   и
рассаживаются.)


   И л ю ш к а (выводит углем на стене: "Каша", "Соха"). Гляди!
   П л а т о н ы ч. Чо?
   С т е п а н Е р о ф е и ч (читает). Каша. Соха.
   И л ю ш к а. А-ха-ха-ха...


   (Входит Ольга.)


   С  т  е  п  а  н  Е  р  о  ф е и ч. Чорт, да ты никак писать
выучился?
   И л ю ш к  а.  Просвещаемся.  (На  Ольгу.)  Вместе  в  школу
грамотности ходим.
   П л а т о н ы ч. Куда годишься?
   О л ь г а (Илюшке). Я и Анку смутила, тоже записалась.
   И л ю ш к а. Скоро всех силком учить станут.
   К р а с и в ы й. Это не плохо.
   С т е п а н Е р о ф е и ч. Чох-мох.
   И в а н. Никогда такого тесненья не было на нашего брата, на
рабочего. Ну, там на щет хлеба ли и на щет всего иного прочего.
   К  р  а  с  и  в  ы  й. Мы-ста, да мы рабочие. А давно ли ты
рабочим стал? До войны  трактир  держал,  и  прикусил  бы  язык
покороче.
   И в а н. И совсем не твое это дело.
   О  л  ь  г  а (Илюшке). Вчера брательника на фронт угнали...
О-хо-хо. Что-то теперь будет!
   И л ю ш к а. Ничего не будет. Белых сюда не допустят.
   К р а с и в ы  й  (Платонычу).  Погоди,  старик,  и  тебя  в
училищу  потащут.  Кольцо  в губу, на цепь и джа-джа дживала...
Ха-ха-ха.
   П л а т о н ы ч. И без ученья век-от прожил, да слава  тебе,
Господи, сыт был.
   К р а с и в ы й. А таких упрямых в салотопенных котлах будут
вываривать.
   О  л  ь  г  а  (Илюшке).  У Сашки Атаманьчика вечерка нынче.
Пойдешь?
   И л ю ш к а. А ну их. Опять пляска  будет,  драка.  Надоело.
Поедем лучше на лодке покатаемся иль в биескоп сходим.
   С  т е п а н Е р о ф е и ч (подходит к ним). О аз, о буки, о
престрашные веди... (Читает.) Собака лает. Корова мычит.
   П л а т о н ы ч. Не ученье это,  а  баловство  одно.  Всякий
дурак знает, что собака не мычит, а корова не лает.


   (Вихров приносит обед. Садятся.)


   И л ю ш к а. Садись с нами.
   О л ь г а. Спасибо, побегу, заждались, должно.
   П  л  а т о н ы ч. Ну, выученики, когда же меня, старика, на
свадьбу позовете! Уж, чай, поди съетажились.
   О л ь г а. Ха-ха... Что ты, дедушка? Ни сном, ни духом.
   П л а т о н ы ч. А-а-а, сорока, сорока... Ни сном, ни духом.
   И л ю ш к а. Да уж погуляем... Куда кривая не чупрыснет.


   (Ольга со смехом убегает.)


   И л ю ш к а (за ней). Погоди.
   П л а т о н ы ч. Пятки мнет... Огонь парень, хоть и с дурью.
   И в а н. Опять вода с водой... С чего тут силе быть?
   В и х р о в. Хворыздай знай.
   П л  а  т  о  н  ы  ч  (Илюшке).  Садись,  алхимандрит,  все
выхлебали.
   И  л  ю  ш к а. Не будь Советской власти, кто бы нас, чертей
чумазых, учить стал?
   С т е п а н Е р о ф е и ч. Учут в обруч прыгать, да  по  три
дня не жрамши быть.
   И л ю ш к а. Где же взять? Разруха.
   К р а с и в ы й. Только бы проложить дорожку: все исправится
понемножку.
   И в а н. Исправится из кулька в рогожку.
   И  л  ю ш к а. Чего разгалделись, как галки? Али соскучились
об хозяйской палке?
   В и х р о в. Нече в ступе  воду  толчи.  Нашел  --  молчи  и
потерял -- молчи.
   И  л  ю  ш  к  а. Теперь тому подперло под само некуды, кто,
скажем, раньше жил богато, кто владел и серебром и златом,  кто
наши  крохи  греб  лопатой. А мы всегда дышали в однодышку, как
рыба на кукане, всегда  бывало  пыль  одна  в  кармане,  а  все
добытки шли купцу в кубышку.
   К р а с и в ы й. Брось, Илька, их не просветишь!..
   С т е п а н Е р о ф е и ч. Слов нет, до хорошего дожили.
   И в а н. Хлеб-то: опилки с пылью.


   (Подходит Кузьмич.)


   К у з ь м и ч. Вы все ругаетесь, ровно наследство делите.
   К р а с и в ы й. Да вон у трактирщика с нашего пролетарского
хлеба брюхо лупится.
   К  у  з  ь м и ч. Он эдакий-то спорее: укусишь на копейку --
разжуешь на рубь.
   И л ю ш к а. Нам голодать не привыкать стать...  Перетерпим,
передышим...


   (Вбегают  вооруженные  матрос,  красноармеец  и Кустодеев --
рабочий этого завода.)


   М а т р о с. Товарищи, в город ворвались белые.
   К р а с н о а р м е е ц. Мы отступили, сила не берет.


   (Весь цех сбегается.)


   Г о л о с а: Не под масть...
   Домой надо бежать...
   Чего тут?..
   Того гляди...
   М а т р о с. Как же, братишки, стоять надо. Они... в бога, в
боженят, в кровь, в сердце, в святых угодников...
   К у с т о д е е в. Иха власть  несет  нам  штык,  нагайку  и
виселицу...
   Г о л о с а: Чего глядеть?..
   Хорошего не жди...
   Бородку притачивают...
   К  р  а с н о а р м е е ц. Баряжки криками радости встречали
белых, цветами засыпали... А  в  лужи  нашей  крови  плевали  и
приговаривали "Собачья кровь"...
   К  у  с  т о д е е в (Илюшке). Мы побежим по цехам. Действуй
тут.


   (Кустодеев, матрос, красноармеец убегают.  Вбегают  рабочие,
работницы, среди которых Ольга и Машка Белуга.)
   М  а  ш  к  а  Б е л у г а (мужу). Айда домой... чорт их тут
разберет!
   И л ю ш к а (сбрасывая фартук). Идем, ребята, схлестнемся...
   Г о л о с а: Прыток больно...
   Молодечество выказывает...
   Всю обедню испортили...
   Хуже не будет...
   Мать...
   То-то...
   Не хуже мы людей...
   Стыд, страм...
   Вишь моду взяли...
   Пьянствуют да воруют...
   За них голову подставляй...
   К р а с и в ы й.  Не  за  них.  Сами  за  себя,  за  рабочую
революцию.
   О л ь г а. Илюша, береги себя.
   И л ю ш к а. О-о. Меня не возьмет ни дробь, ни пуля.
   О л ь г а. И я с тобой.
   И л ю ш к а. Ну-у! Молодчина!
   Г о л о с а: Мы голодны, раздеты, разуты...
   Ежли вам надо -- идите...
   Да на шею толще наверните...
   На кой здались...
   Дураков поищите...
   Хватайте, в чекушку тащите...
   Под ноги мните. Рвите...
   Давите. Топчите...
   Убей -- не пойдем ни за что на свете...
   С голоду мрут наши дети...
   Поиздевались -- будет...
   Мы тоже люди...
   Мы совсем обессилили...
   Будь, что будет...
   Не обуть, не одеть...
   А дети, дети...
   Эти хитрости да мотки навязли в зубах.
   Ни штанов, ни рубах...
   Руки коротки...
   Ребя, чего же мы ждем?..
   Идем. Идем...
   Не хлынет с неба счастье дождем.
   Идем, айда, идем...
   И л ю ш к а. Они заняли город. Они идут сюда...
   Г о л о с а. Они идут сюда...
   И  л ю ш к а. Чтобы нашей рабочей кровью залить улицы, чтобы
вновь закабалить нас и детей наших.
   Г о л о с а: Да, да...
   Расписывай по собаке картинку...
   Сыты были...
   Сыты ли?
   И свиньи сыты, да!


   (Тревожно   и   беспрерывно   ревут   гудки,   заводские   и
пароходные.)


   К  р  а  с  и  в ы й. Трусость никого не спасет... Нас может
спасти только победа.
   Г о л о с а: Ежли да всем, да грянуть дружно...
   Подвертывай туже...
   Больно нам нужно...
   Где мы возьмем оружье?
   К оружью!
   Товарищи, к оружью!
   И л ю ш к а. Должны свое сказать мы "да" -- "нет" ли.
   Г о л о с а: Знамо нече путать петли.
   Да...
   Нет...
   Созвать бы нам заводский комитет...
   Семья, детишки, вот кабы...
   К у з ь м и ч. Мы больше не рабы -- вот наш ответ.


   (Рев гудков постепенно усиливается.)


   И  л  ю  ш  к  а.  Ребята!  Кто  духовой!  Удалой!   Боевой!
Вы-хо-ди-и!  (В  сторону  саботирующих  и  колеблющихся). Их не
слушай! На них, на... не гляди! Выходи! Там  на  баррикадах  мы
решим: чей мир...
   К у з ь м и ч. Смелость города берет.
   И  л  ю  ш  к  а  (потрясая красным стягом). Клянемся святым
красным знаменем, ни шагу назад! Только вперед!


   (Большинство   рабочих   в   энтузиазме    что-то    кричат,
жестикулируют. Гудки заглушают все голоса. Кидаются к выходу.)


   З а н а в е с.





   Слободка. Перекресток двух улиц.
   Судачат обыватели.


   Д  о  м  о  в  л  а  д  е  л  е  ц (бежит). Слава те, Царица
Небесная... Матушка Заступница... Идут.
   Г о л о с а: Ай пра?
   Отколь ты как нахлыстанный?
   Говори путем...
   Сподобились, голуби мои, дождались...
   Сон мне надысь, куманька... Быдто летит это змей огленный!
   Д о м о в л а д е л е  ц.  В  городе-то,  на  Дворянской-то,
и-и-и...
   Г о л о с а: А што?
   Митрь Митрич, как те Бог спас?
   Ну-ну...
   Д  о  м  о  в  л а д е л е ц (убегая). И-и, Царица Небесная,
Заступница, Богородица, Троеручица...
   А д я -- Б а д я. За гриву лошадь не удержали -- за хвост не
удержат.
   З а д у й -- З а п л ю й. Наше дело телячье  --  поели  и  в
хлев.
   А к с и н ь я. Вокзал, грят, сгорел, званья ня сталось.
   Д а р ь я. Батюшки. А у меня деверь в депе!..
   А  д  я  -- Б а д я. Архирейский дом, сказывают, провалился.
Быть беде.
   А к с и н ь я. Утрысь все в собор анафемы пуляли.
   П р о ш к а. Да уж скорее бы, как ни-как...
   Д а р ь я. Ты все в дезертирах состоишь. Моли  Бога,  кадеты
придут, какое ни на то, а облегченье будет.
   З а д у й -- З а п л ю й. Можа казенки откроют?
   А к с и н ь я. Кто про што, а шелудивый про баню.
   П р о ш к а. Жди от кошек лепешек, от собак пирогов.
   А д я -- Б а д я. Все по ветру пустят, быть беде.
   Г о л о с а: Резать будут.
   Воды бы запасти.
   Горький час пришел.
   Наказанье Господне.
   На душе-то и боязно, и радостно.
   З  а  д  у й -- З а п л ю й. Хлеб-от почем ноне стал, и все,
чего ни коснись...


   (По улице несутся Пашка Рябой, Курук и Андрюшка Горбыль.)


   П а ш к а. Хлещиха в погребе задохнулась.
   Г о л о с а: Угораздило...
   Чорт с ней...
   У меня на ней капусты полведра...
   П р о ш к а. Откроет  хозяин  магазин  --  опять  прикащиком
буду.
   З  а  д  у  й  -- З а п л ю й. Самый клей... прикащик гривну
хозяину в ящик, полтинник за голянищу. Это  дело  не  в  пример
лучше войны.
   П а ш к а (Куруну). Ну пойдешь, говори?..
   К у р у н. Я-я...
   А н д р ю ш к а. Я-я... лежачей корове на хвост наступил...
   К у р у н. Там стреляют, боюсь...
   П а ш к а. Эх, баба.
   А н д р ю ш к а. Белого пришьем, шпаллер и сармак себе.
   П а ш к а. Оденемся. А сапожки достанем со скрипом, мягки --
во: хоть за щеку клади.
   К у р у н. А звенеть они будут?
   П а ш к а. Оглушат: тень-дзень, тень-дзень. А девки за тобой
табуном.
   К у р у н. Ладно. Идемте.
   П а ш к а. Уговор дороже денег, чур...
   А к с и н ь я. Идут, батюшки!


   (Все  шарахаются. К перекрестку подходит вооруженный рабочий
отряд. Обыватели возвращаются.)


   Г о л о с а: Свои...
   Мотри с заводу...
   О, Господи, вот дураки...
   П а ш к а. Дяденька, возьмите нас.
   О т р я д н и к и: Вояки: нечего сказать.
   Кто вам будет сопли вытирать -- у нас нянек нет...
   Подростите малость.
   Да это никак Ваньки Оловяного сын.
   А н д р ю ш к а. Я сильный, одной рукой пуд поднимаю.


   (Из толпы мать берет Андрюшку за руку и, награждая шлепками,
уводит.)

   А д я -- Б а д я. Быть беде -- собаки воют.
   З а д у й -- З а п л ю й. Сбесились. Куда идут? Зачем  идут?
Сбесились...
   Г о л о с а: Далеко ли, товарищи?
   Аль жить надоело?
   О  т  р я д н и к и: В лес за ягодками собрались: за грибами
за поганками. Ха-ха-ха...
   А к с и н ь я. Дарьюшка, твой-то идет!
   Д а р ь я. Где?.. Ах, пес, ошалел, Митрошка...
   К р а с и в ы й. Эк грохнулась, как над покойником.
   Д а р ь я. Митроша!..
   К р  а  с  и  в  ы  й.  Ни  на  век  ухожу...  Ну,  подерусь
денек-другой -- вернусь.
   Д  а  р  ь  я.  Митроша,  убьют тебя... Чует мое сердечушко,
Митроша!
   К р а с и в ы й. Э-эх, бабья ваша нация...
   Д а р ь я  (хватает  за  ноги).  Пожалей  ты  меня  да  дите
малое... Не ходи, Митроша!
   О  т  р  я  д  н и к. Не плачь, баба, затевай пироги, к утру
вернемся.
   К р а с и в ы й. Пусти, пусти... Эх, назола...


   (Прибегает Андрюшка, -- после короткого совещания с Пашкой и
Куруном все трое бросаются в догонку за отрядом. Уже за  сценой
отряд  затягивает "Дружно, товарищи, в ногу". При первых словах
песни опускается занавес.)

   З а н а в е с.





   Бой на  площади  города.  Белые  отходят.  Слышится  далекое
"ура". Наступает редкая цепь красных.


   И л ю ш к а. По золотопогонникам!.. Пли!
   Р а н е н ы й п о д р о с т о к (падая). О-о-о... Красные-е,
вперед!


   (Перекатывается недалекое ура.)


   И л ю ш к а. Вперед, товарищи! Ура-а!


   (Цепь бросается в штыки.)


   Б о й ц ы: Ура-а-а!..
   Даешь город!..
   Рви кадетню!..
   Ура-а-а!..


   (Вслед  за  отступающими  белыми,  как вихрь проносится наша
конница. Надвигаются сумерки.)


   Н а б л ю д а т е л ь (с крыши).  О-го-го-го-оо...  Пошло-о,
по-шло-о-о-о...


   (Ведут пленных.)


   Б о й ц ы: Гляди, пленных ведут...
   Хреновские вы вояки...
   Не терпите...
   Раскуделили...
   В расход их пустить и шабаш...
   Не стоит рук марать...
   Вишь, они и так ровно помоями облиты...


   (За   конницей   громыхают   запряжки  легковой  артиллерии.
Выстрелы замирают  в  отдалении.  Быстрым  маршированным  шагом
движутся   колонны  пехоты.  Оркестр  исполняет  Интернационал.
Дружно гремит боевой гимн.
   Улицу   быстро   заполняет    толпа    городской    бедноты,
ремесленников и мелких служащих. Подхватывают гимн.)


   Р   а   б  о  ч  и  й  и  з  т  о  л  п  ы.  Да  здравствует
Рабоче-Крестьянская Красная армия!


   (Перекатывается могучее ура. Из толпы кидаются, обнимаются и
целуют красноармейцев.
   Ночь. Выделяясь на зареве пожарища войска все идут, идут...)


   З а н а в е с.

Last-modified: Wed, 08 Apr 1998 13:16:46 GMT
Оцените этот текст: